Погашено кровью

Вышибала в спортивном костюме кивнул Ефимову.

– Пойдем, ментура. Будем мальчиков с наганчиками дядей в погонах пугать.

Они поднялись на борт и прошли сквозь все круги Дантова ада."

"Карты, голые шлюхи, водка, ножи в стене, где вместо мишеней висели портреты современных правителей. Здесь же велись деловые переговоры между рыхлыми мужиками, у которых из-под пиджаков торчали рукоятки пистолетов. На Ефимова смотрели так, словно в январскую стужу в открытую форточку влетела бабочка.

Седой в одиночестве гонял шары в кают-компании на верхней палубе.

Тут же под рукой на соседнем бильярде стоял поднос с водкой и закуской. Седому можно было дать лет шестьдесят. Он выглядел как карикатура на самого себя.

Такими себе и представляют бандитов наивные обыватели. Вор старой формации всю жизнь старался походить на вора и добился своего.

– Седой! Смотри, какой гость к тебе пришел! – заорал вышибала, пропуская Ефимова в каюту. – Из главной мусорской прибыл. Будет брать у тебя интервью для мемуаров под названием: «Кому на Руси жить хорошо?»

Амбал закрыл дверь и исчез.

– Тебе что надо, лейтенант? – сиплым голосом спросил Седой. Из присутствующих седым был только Ефимов, а его собеседник лысым. Но надо сказать, что хозяин оценил поступок милиционера. Мужик играет в открытую, и с ним можно говорить.

– Лейтенантом я был четверть века назад, когда ты в щипачах по трамваям шустрил.

Маленькие карие глазки Седого прищурились, он усмехнулся и достал из лузы шар.

– Слеповат стал.

– Слеповатому и слабоватому с Соленым не совладать. У меня на него зуб имеется, и я хочу сойтись с его кодлой на стрелке. Что скажешь?

– Ничего.

Седой ударил кием, и шар влетел в лузу.

– Ты еще и глуховат, старик?

– Задерет тебя Соленый. Нахрапом его не взять. Тебе там и армия не поможет. Соленого на куски надо резать и по кусочкам жрать.

– Подскажи.

Седой отставил кий, налил себе водки и, оттопырив нижнюю губу, опрокинул в рот стопку.

– Ко мне пришел за чужой шкурой. Но я-то вор, а не шкура. Вали отсюда.

Ефимов скрипнул зубами, но сдержался. Дай ему волю, он бы эту лоханку в щепки разнес.

– Соленый отнял у тебя контроль над кладбищем? Когда я его уничтожу, ты получишь свои могилы обратно. Я прослежу за этим. – Седой раскурил папиросу и внимательно посмотрел на Ефимова.

– Здорово насолил тебе Соленый. Сам стал малосольным! Твое предложение мне нравится. Это справедливо.