Погашено кровью

Глухарь, как и Ефимов, умел скрывать свои мысли под холодной маской безразличия. Но если Ефимов судорожно старался вспомнить, где он видел этого парня, то Филин знал, о ком идет речь. Обоих парней он видел пару часов назад. Ловкие мальчики, под дезертиров сработали. Если они знают о деньгах, то Глухарь выскочит в дамки. С тех пор как пропал Хрящ, Глухарь не прекращает поисков клада. На него работали бандиты и сыскные агентства, он потратил кучу денег, но остановить запущенную машину уже не в состоянии. Для Глухаря три миллиона долларов значили полную свободу и независимость.

– Я понял вас, Яков Леонидыч. Сделаю все, что в моих силах.

Глухарь повернулся и вышел из кабинета, так ни разу и не взглянув на Ефимова.

Он знал, кто сидел в кабинете Хлыста.

– Может быть, и мне стоит подключить свои силы? – улыбаясь, спросил Ефимов.

Хлыст тут же уловил эту нотку, которая свойственна азартным игрокам.

– Почему бы и нет? У вас свои возможности, у Глухаря свои.

– Дадите маленькую справку?

– Все просто до примитивизма. Вор украл три миллиона зеленых из кассы, заныкал бабки и пошел за колючку по «хулиганке». Деньги надо вернуть в общак. Премия десять процентов.

– У вас нет полной уверенности, что Хрящ послал вперед себя буфер?

– Есть. Хряща пугнули. В лагере распространили фальшивку, будто деньги в Штатах меняют.

– Похоже на правду. Ну а почему бы им сразу не взять кассу и не уйти? Зачем им нужно искать связи, крышу?

– Риск себя не оправдывает. Хрящ и тот это понимает и остался в зоне. Слишком много людей следят за развитием событий. Хрящ знает, у кого слямзил бабки. Теперь он смотрит на свою добычу как на чужой банк с открытой дверью. Хочется зайти, но страшно.

– Резонно. Десять процентов – это триста тысяч.

– Милиционеры знают арифметику? Похвально! Но сейчас меня интересует Соленый. – Ефимов встал.

– Расчищайте мой новый рабочий стол. С Соленым я разберусь.

Подполковник ушел довольный. Сейчас он старался не думать о посторонних вещах, его ждал тяжелый день, и ему требовался хороший крепкий сон.

Убивать преступников Ефимов мог без ограничений, но стрелять в голову банкирам он не привык.