Граф и гувернантка

Дэниел одарил мисс Уинтер вполне дружелюбной улыбкой, но она не удостоила его ответом.

– Сегодня наши уроки пройдут на улице, – сообщила Фрэнсис кузену. – Не хочешь к нам присоединиться?

– Наверняка у его светлости… – поспешила вмешаться мисс Уинтер, но граф ее перебил:

– С удовольствием прогуляюсь с вами. Я как раз думал, что грех в такой чудесный денек, теплый и солнечный, сидеть дома.

– Разве в Италии не было таких же теплых и солнечных дней? – спросила Фрэнсис.

– Были, но это совсем не то.

Дэниел отправил в рот большой кусок бекона, который тоже отличался от того, что подавали на завтрак в Италии.

– Как это? – спросила Фрэнсис.

Кузен на мгновение задумался.

– На ум приходит наиболее очевидный ответ: в Италии было слишком жарко, чтобы наслаждаться погодой.

– А менее очевидный? – спросила мисс Уинтер."

"Дэниел улыбнулся, почувствовав какой-то абсурдный прилив радости от того, что она поддержала беседу.

– Боюсь, для меня он тоже не слишком очевиден, но если бы мне пришлось облечь его в слова, я сказал бы, что все дело в ощущении принадлежности к месту.

Фрэнсис с серьезным видом кивнула:

– Дни в Италии могли быть чудесными, – продолжил Дэниел, – поистине сказочными, но они все равно несравнимы с такими же прекрасными днями в Англии: запахи иные, воздух суше. Пейзажи там волшебные, особенно на побережье, и все же…

– Мы тоже на побережье, – перебила кузена Фрэнсис. – Уиппл-Хилл всего в десяти милях от моря.

– Гораздо дальше, – заметил Дэниел, – но Ла-Манш не идет ни в какое сравнение с Тирренским морем. Воды канала зеленовато-серые, бурные, а поверхность моря напоминает матовое голубое стекло.

– Мне бы очень хотелось увидеть гладкий как стекло голубой океан, – мечтательно вздохнула мисс Уинтер.

– Впечатляющее зрелище, но это не дом.

– Но я не могу не думать о том, как бы провести время на море и не испытывать при этом жуткой тошноты, – добавила Энн.

Не удержавшись, Дэниел рассмеялся:

– Стало быть, вы страдаете морской болезнью?

– О да! Это просто ужасно.

– А вот у меня не бывает морской болезни, – заявила Фрэнсис.

– Но вы никогда не ступали на борт корабля, – тотчас же напомнила воспитаннице гувернантка.

– Следовательно, я не подвержена морской болезни, – торжествующе произнесла девочка. – Или, вернее, ни разу не испытывала ничего подобного.

– Да, это будет точнее.

– Вы истинная гувернантка, – с улыбкой заметил Дэниел.