Подстава. Книга вторая

Я поняла, что слегка устала от аббревиатур.

– Правоохранительные органы по защите прав младенцев, – пояснил Эрих.

– Спасибо, – пробормотала я.

И сделала вид, что очень внимательно слушаю новый тост. Учитывая, что количество гостей сильно перевалило за цифру в пять тысяч, тостов было… зашибись сколько! Я задолбалась уже слушать, потому что танаргский толком не выучила, так что приходилось старательно вслушиваться и в голове переводить, это задолбало уже к двухсотому тосту, что говорить о пяти тысячах!

И тут Эрих осторожно взял меня за руку и… все, мне уже все нравится, можем продолжать.

А потом кто-то сказал:

– Выпьем за прекрасную невесту!

Опять пить? Серьезно?

– Кстати, – риантан Олидрад перегнулся через Эриха, – у нас еще есть органы правопорядка по защите прав жен. И да – ты всегда можешь развестись. Я думаю сейчас самое время для этого.

Лицо Эриха стало каменным. А я, кажется, все поняла.

«Это они меня до белого каления доводят, чтобы я решила свалить отсюда и от тебя заодно», – сообщила мужу.

«Я понял, – кратко ответил Эрих. – Только, пожалуйста, ничего не предпринимай».

Да ладно, это же моя свадьба.

Тоже мне, решили довести десантника банкетом. Я десантник, я сама кого хочешь доведу.

***

Детей увели первыми, ну потому что им пора было спатки, и я не сдержала коварную улыбку.

– Мелани, – напряженно позвал Эрих.

– Мелания, – педантично поправил его мой «отец». И тут же ко мне обратился: – Мелания, ты уже думала о разводе?

Улыбнувшись еще коварнее, я протянула:

– Нет, папочка, сначала нужно хорошо отпраздновать свадьбу.

– Нет, – еще более напряженно произнес Дагрэй. – Я ни на чем не экономил. А ты хочешь чего-нибудь другого?

– Да, спирт, – с намеком протянула я.– Много спирта."

"– Мелания, это слишком! – отрезал Олидрад.

Поздно, народ, вам хана.

И выплеснув шампанское, я налила себе водки, а то спирт еще ждать и ждать походу, но ничего, мне и сорок градусов вполне подойдут.

– За жениха! – радостно провозгласила я, поднимая бокал.

И начала отрываться по полной программе.

Мои «родственники» сломались через два часа. Они не очень хотели ломаться, но я ввела правило «Если невеста пьет до дна, ее родня тоже пьет до дна». По-началу мои «братья» смерили тощую меня взглядами и решили, что я сейчас упьюсь вусмерть и точно разведусь, но не на ту напали.

Мы пили за все. За родину. За величие Танарга. За мое гражданство. За присягу. За отца. За каждого из братьев. Снова за Танарг. Опять за Танарг.