Подлец

Не смей меня швырять, я… я жду от тебя ребенка! – вру первое, что приходит в голову. Понимаю, что это глупо, но все же.

- Правда? И когда успела залететь, дорогуша? Между нами нет секса и достаточно давно, - зло смотрит. - Это правда? Почему не поделилась? Странно, не находишь?

- Я не хотела ничего рассказывать, есть сложности с вынашиванием, видишь ведь, что лечусь, - продолжаю блефовать, надеясь на то, что новость о моем положении, хотя бы немного приведет Мирона в чувства.

- ГДЕ ДЕНЬГИ? – орет на всю квартиру.

- Мирон, - начинаю плакать, чтобы вызвать в нем жалость, - я правда не понимаю, о чем ты.

Он подлетает ко мне и рукой хватает за шею.

- Не смей переходить дорогу, - сжимает мое горло, - я не шучу, Даша, мне не сложно сейчас чуть больше приложить усилий и избавиться от тебя навсегда. Думаешь, не посмею? - продолжает шипеть у моего лица.

Его глаза холодны, в них нет ни жизни, ни сомнения, ни, тем более, жалости.

- Я слишком долго шел к своей цели, чтобы остановиться. Ни ты, ни беременность не играют никакой роли.

От слов Мирона я испытываю шок.

Вот так легко и прямо он высказал всю правду, ничего не утаив. Видимо, его действительно прижали по всем фронтам и единственное, что он может сделать – силой выколотить из меня деньги, которые задолжал своим подельникам.

- Ты можешь придушить меня прямо тут, - истерично ему отвечаю, - но я не достану из кармана миллионы и ничем не помогу.

- Лжешь! – трясет меня, точно я тряпичная кукла. В нем столько силы, что еле держусь на ногах. – Сейчас же звони своим идиотам в офис и приказывай, чтобы перевели на мои счета тугрики, а иначе – его глаза полны ненависти, - я за себя не ручаюсь.

- Животное! – выкрикиваю ему в лицо. – Ненормальный, что ты творишь! Неужели обычные бумажки того стоят?

- Бабы, вы вечно все портите! Вечно! – снова меня толкает.

- Ты преуспел в том, чтобы ими манипулировать, только дело не в женщинах, поверь, - шиплю в ответ.

- Вера, да? Эта имбецилка меня сдала? – пытается понять, в какой момент все пошло не по его плану.

Дрожащими руками нащупываю в кармане телефон, и жму на последний звонок. Кто-то набирал меня, пока Мирон таскал по квартире, и я искренне надеюсь, что Матвей. К счастью, женишок настолько занят своими страданиями по деньгам, что не замечает моего действия.