Подаренная чёрному дракону

- Ооо, - оборотница тихо хохотнула, - да, брак ваш обещает быть забавным. Ну, я за платьем?

- Да, оно мне сейчас просто необходимо, - кивнув, я тяжело вздохнула.

Харда метнулась на выход. Через распахнутую дверь я заметила внушительный силуэт охранника. Всё тот же одноглазый воин.

Брек, кажется.

Завидя Харду, он так мило улыбнулся. Его лицо вмиг преобразилось. Дракон стал менее суровым и каким-то мягким.

Ну, хоть кому-то повезло с ухажёром.

Через пару минут дверь вновь отворилась, и в спальню впорхнула оборотница.

В её руках было зажато просто изумительное зелёное платье.

- Великая богиня! Оно прекрасно, - вырвалось у меня, бордовая тряпка была окончательно забыта.

- Да, - на глазах ещё молодой женщины я увидела слёзы, - я не смогла его оставить. Родительский дом разграбили, всё вынесли, а его не тронули. Уж не знаю почему. Оно мне как память.

Расправив наряд, я оценила лёгкость шёлка и красоту изящной отделки.

- Какие узоры, - я пригладила вышивку.

- Моя мама очень волновалась, что я буду недостаточно хороша во время ритуала.

Она привезла этот наряд из столицы драконьей империи. Я была красивой девушкой, ко мне многие сватались, но Харар затмил всех. Младший сын альфы. Силён, целеустремлён, красив. Нет, я не любила, но испытывала к нему нежные чувства. Было бы у нас больше времени, я уверена, появилась бы и любовь. Через месяц после нашей свадьбы я почувствовала недомогание. Ведьма-повитуха быстро определила, что я ношу дитя. Муж вынужден был уехать: началась война. Он вернулся за нами только через два года, хотел увезти подальше, драконы наступали, да не успел...

Она замолчала, и я увидела, как скатываются по её щекам слёзы.

- Он даже не успел познакомиться со своими сыновьями, - прошептала она. - Я ненавижу эту войну. Она отняла у меня всё. Она сломала мою жизнь.

Опустив платье, я подошла к ней и обняла, прижимая к себе. Мне нечего было ей сказать. Сердце разрывалось. Она никогда прежде не делилась своим горем. Столько лет жила рядом со мной, а я и не догадывалась, какая рана на её сердце.

Всё знали о том, что с ней случилось только с чужих слов. Прижимая лисицу всё сильнее, я осторожно погладила её по голове.

- Я знаю, что мои слова не утешат, - прошептала, сдерживая слёзы, - но жизнь она продолжается. Знаешь, я видела призрак своей матушки, и она сказала, что счастье рождается в наших сердцах. Отпусти их Харда. Прости себя, улыбнись своему прошлому и иди вперёд. Не позволяй горю осушить тебя.