По-другому (СИ)

Прижавшись горящим лбом к прохладному стеклу, заставляю себя успокоиться ради дочери. Не хочу, чтобы она поняла, что наша семья рушится, а я не в силах этому помешать.

Весь вечер и я, и Костик делаем вид, что все нормально. Не могу не отметить, что он старается больше обычного. Но я не уверена, что этого достаточно, чтобы его простить. И мне жалко… Жалко до слез. Ту юную девочку, что ему поверила. Но еще больше – наши преданные мечты. Они же у нас об одном были. Или мне так казалось?

– Уснула, – сообщает Костик, возвращаясь в гостиную, где я лежу, задрав повыше больную ногу.

– Спасибо, что уложил.

– Она и моя дочь, – злится Костик. А я молчу, оттягивая неизбежный, в общем-то, разговор. Мне еще хоть немного побыть хочется в старом мире, который пока как-то держится.

– Верни, пожалуйста, деньги на счет.

Костик кивает.

– Чуть позже. Сейчас… короче, Вер, я не могу.

– В каком это смысле? – настороженно замерев, медленно поворачиваюсь к мужу.

– Я встрял, Вер… Пиздец как встрял, малышка.

Я не понимаю, что это может означать, у меня нет на этот счет ни одной связной мысли, но когда Костик утыкается мне в волосы, и его грудная клетка начинает трястись, мне становится очень страшно. Растерянно прохожусь пальцами по ежику у него на макушке.

– Что случилось?

– Да это рабочие моменты. Ты не поймешь.

– А ты все же попробуй как-то объясниться, Костик.

– Деньги-деньги! Тебя только они волнуют?! – взрывается, только минуту назад успокоившись.

– Если бы меня волновали исключительно деньги, я бы вышла замуж за кого-то другого, – злюсь в ответ.

– Меня закрыть могут! – рычит Костик.

– Посадить, что ли? Ты шутишь? – сглатываю я. – Но за что?

– Да я даже не знаю толком! Кто ж мне скажет? Видно, Коклюшкин что-то мутил. Крышевал какие-то схемы. Дерево вывозил, наркоту, алмазы… А теперь какой с него спрос? Ясно, что никакого.

Костик мечется по гостиной туда-сюда, мешая мне думать.

– Но это же невозможно. Если ты ни в чем не виноват…

– Если?! – подпирает бока кулаками.

– Ну что ты к словам цепляешься? – вздыхаю. – Я просто действительно не понимаю, как это возможно. Нужны же какие-то доказательства.

– Как-как, Коклюшкин слишком высоко сидел, против него никто свидетельствовать не станет.