Плененное сердце

Она выяснит, как все было на самом деле.

— Она? Еще одна монахиня? — спросил отец Генри.

— Она не монахиня, она шлюха, — пояснила сестра Мэри Агнес.

— Кузина! — ахнул отец Генри. — Откуда такое знакомство? Я потрясен и возмущен!

— Не будь дурачком, Генри! Шлюхи тоже бывают полезны! — воскликнула кузина. — Кроме того, Леттис — респектабельная шлюха и ведет себя тихо и осмотрительно. У нее есть постоянные клиенты и среди них — несколько секретарей архиепископа. Они приходят не только переспать с ней, но и поболтать.

— Не знаю… — медленно выговорил отец Генри.

— А вот я все понимаю и буду благодарен за помощь, сестра Мэри Агнес, — вашу и вашей подруги, — сказал брат Джордж.

— Но ей нужно заплатить за труды, — пробормотала монахиня.

— Если она добудет необходимую информацию, я вознагражу ее по заслугам и, конечно, пожертвую и на ваш монастырь, — пообещал брат Джордж.

— Вы очень великодушны, — улыбнулась сестра Мэри Агнес.

Шлюха Леттис немедленно сообразила, кто получал взятки от сэра Удолфа. Один из священников, стремясь произвести на нее впечатление, признался, что никогда раньше не имел денег, чтобы прийти к ней, хотя давно мечтал потрудиться меж ее раздвинутых ног.

— Его зовут отец Уолтер, — сказала она брату Джорджу. — Он часто хвастался мне, как одурачил деревенского священника и его хозяина. Сумел трижды выманить у них деньги, затем написал документ и приложил к Нему печать архиепископа.

— Тебе и не придется этого делать, — заверила сестра Мэри Агнес. — Теперь они знают имя взяточника. Пусть заставят отца Уолтера признаться в своих гнусных деяниях. И тогда ты получишь награду.

Леттис улыбнулась, похотливо оглядывая брата Джорджа.

— Отец Уолтер часто посещает дешевый кабачок у городских стен, — добавила она. — Он бывает там почти каждый день после вечерни. Ему больше не по карману спать со мной, а служанки из кабачка готовы задрать юбки за полпенни или пенни. Для такого коротышки аппетиты у него огромные. Вы сразу его узнаете. Он маленький, жилистый, с темными глазками, которые вечно бегают, словно боятся что-то упустить.