Плененное сердце

Почти каждый день валил снег, и Аликс уже отчаялась увидеть солнышко. Но по крайней мере вокруг царили мир и покой. Ничто не портило белоснежного пейзажа.

Снегопады продолжались до февраля. Живот Аликс стал невероятно огромным, а ребенок с каждым днем толкался все сильнее.

Начались приготовления к долгожданным родам. В подвале нашли родильный стул и принесли наверх, чтобы отскрести от грязи и починить. С чердака достали фамильную дубовую колыбель, очистили от паутины и отполировали до золотистого блеска.

Двадцать седьмого февраля вечером у Аликс начались роды. Она спала и проснулась оттого, что боль, словно кинжалом, полоснула ее по животу. Она позвала мужа, который в ту ночь спал в своей спальне. Лэрд пришел немедленно и позвал Фенеллу. В спальню принесли родильный стул. Лэрда решительно изгнали в зал.

— Это женская работа, — заявила Фенелла.

Он ретировался неохотно и одновременно с некоторым облегчением.

— А Фиона? — продолжала тревожиться Аликс.

— Бэб уложила ее, а перед этим рассказала ей множество интересных историй, — ответила Фенелла. — Сначала мне не понравилось, что вы привезли сюда англичанку, но она славная женщина и не гнушается никакой работой. С вашего разрешения я дам ей в помощь свою кузину Мэри. Пусть вместе нянчат вашего малыша.

— Я не могла оставить ее в Вулфборне, — простонала Аликс.

"Прошло несколько часов. Настала полночь. Схватки становились все сильнее, и боль была почти невыносимой, но Фенелла заставляла Аликс расхаживать по комнате. Молодая женщина искусала губы до крови, а когда Фенелла спросила, почему она не кричит, ответила, что боится разбудить и напугать Фиону.

— С вашей дочерью спит Джинни, — спокойно ответила Фенелла. — Если девочка испугается и проснется, Джинни ее успокоит.

В дверь просунула голову Бэб:

— А дитя еще не родилось? Лэрд так мечется по залу, что уже вытоптал канавку в полу.

— Она не хочет кричать, — пожаловалась Фенелла.

— Госпожа! Крики — это часть родов, — покачала головой Бэб.