Пятьдесят оттенков свободы

Собираю свою одежду, беру обувь Кристиана и замечаю небольшую фарфоровую вазу с анальной пробкой на крышке музейного комода. Наверно, предполагается, что я должна ее помыть. Прихватываю еще и вазу и спускаюсь по лестнице. Осторожно заглядываю в зал — там все тихо. И слава богу.

Тейлор вернется завтра вечером. Когда он под рукой, Кристиан обычно спокойнее. У Тейлора есть дочь, и эти два дня, сегодня и завтра, он проводит с ней. Познакомлюсь ли я когда-нибудь с ней?

Из хозяйственной комнаты выходит миссис Джонс.

Мы едва не сталкиваемся.

— Миссис Грей… а я вас и не видела.

О, теперь я миссис Грей.

— Здравствуйте, миссис Джонс.

— Добро пожаловать домой. Примите мои поздравления. — Она радушно улыбается.

— Пожалуйста, зовите меня Ана.

— Мне будет неудобно, миссис Грей.

Ну вот, стоило только надеть кольцо на палец, и все изменилось — почему так?

— Не желаете ли посмотреть меню на неделю? — Она смотрит на меня вопросительно, ожидая ответа.

Меню?

— Э… — Вопрос из серии неожиданных. Миссис Джонс улыбается.

 — Когда я только начинала работать на мистера Грея, мы каждое воскресенье просматривали меню на следующую неделю и отмечали, что может понадобиться и что еще нужно купить.

— Понятно.

— Позвольте я все это заберу? — Она протягивает руки к моей одежде.

— О… э… Вообще-то я еще не закончила."

"А еще у меня тут спрятана ваза с анальной пробкой! Я краснею от смущения, но — вот уж чудо! — нахожу силы смотреть миссис Джонс в лицо. Она, конечно, знает, чем мы там занимаемся, потому что убирает в комнате.

Чертовски неудобно сознавать, что прислуга живет вместе с тобой и от нее ничего не скроешь.

— Когда освободитесь, миссис Грей, я буду счастлива обсудить с вами дела.

— Спасибо.

Дальнейший обмен любезностями прерывает Сойер. Бледный как смерть, он выходит из кабинета, торопливо пересекает зал, коротко кивает нам обеим и, не глядя по сторонам, исчезает в комнате Тейлора. Его появление спасает меня от продолжения неудобного разговора с миссис Джонс — обсуждать с ней меню или фаллоимитаторы мне совсем не хочется.

Отделавшись улыбочкой, спешу в спальню. Привыкну ли я к тому, что прислуга всегда рядом и готова отозваться на любой зов? Я качаю головой: может быть, когда-нибудь.

В спальне я бросаю туфли Кристиана на пол, свою одежду — на кровать, беру вазу с пробкой и иду в ванную. Придирчиво рассматриваю смущающий меня предмет. Выглядит он вполне безобидным и на удивление чистым. Ладно. Быстренько мою его мыльной водой.