Пьяная боль

— Не за что, — пожала плечами, достала из кармана джинсов маленький ключ и положила на крышку контейнера. — Соседняя плата свободна. Я договорилась с персоналом, они вас не тронут. Можете спокойно поспать часов пять в горизонтальном положении.

— Ты ставишь меня в неловкое положение…

— Неловкое положение — это спать сидя почти неделю, — перебиваю мужчину, пока он не начал краснеть. — Идите и отдохните. Если что, я вас обязательно позову.

— Спасибо, — выдохнул Михаил Ильич и прошел к двери, чтобы покинуть палату.

— Батя ушел? — прошипел Денис через секунду, не видя того в дверном проеме.

— Вот ты пиздюк, — рассмеялся Михаил Ильич, вероятно, желая бросить в него чем-нибудь тяжелым. — Я думал, он спит. Дышу через раз…

— Это я специально, чтобы ты поспал, — повернулся к нему Денис, с кряхтением вытаскивая из-под себя одеяло. — Знаешь, как было тяжело молчать почти два часа? Врагу не пожелаешь.

— Бедолага, — иронично произнес Михаил Ильич. — Столько мучений.

— А теперь иди, — махнул ему рукой Денис. — У меня тут свидание, если ты не заметил.

— Как только твой зад заживет, я его выпорю, — почти угрожающе произнес мужчина, затем мягче добавил. — Спокойной ночи, молодые.

— И вам спокойной ночи, — ответила я, вытаскивая из-под Дениса одеяло, которое он безуспешно пытался вытащить сам.

Дверь в палату закрылась, и мы с Денисом остались вдвоем. Включила свет лампы на прикроватной тумбочке и села на край постели, наблюдая за тем, как красиво перекатывались мышцы под золотистой кожей на широкой спине, пока Денис искал наиболее удобное для своих ран положение.

Помимо раненной булочки у него было ранено еще и плечо, к счастью, пуля прошла по касательной, задев лишь кожу. Но, все равно, лежать на правом боку для него было больно.

— А для меня ты что привезла? — состроил он хитрую мордашку, которая уже изрядно поросла бородой.

— Бритву, — ехидно улыбаясь, ответила ему и прошла к рюкзаку, из которого и достала его электрическую бритву, которой он иногда пользовался дома.

— Тебе не нравится моя мохнатка? — почти обижено спросил Денис, но улыбочку с лица убрать не смог.

— Твоя мохнатка великолепна, но я уже с трудом нахожу в ней губы.

— Этот так эротично звучит, — поиграл он бровями. — Мохнатка, губы…

— Балбес, — покачала я головой и легла рядом  с ним на спину.