Жестокий роман

Выглядит гораздо более угрожающе, нежели сабля. Налитый кровью, обвитый набрякшими венами, пульсирующий неутолимым желанием. Грозный. Ненасытный.

Медленно отползаю назад. Без резких движений. Осторожно. Точно в тумане. Как с теми псами, стараюсь избежать случайной провокации.

А впрочем, поздно. Хищник уже давно жаждет крови.

Марат приближается. Неумолимо. И даже страшно отползать. Страшно вообще хоть как-то шевелиться, двигаться, мельтешить лишний раз. Буквально врастаю в пол.

— Как ты потеряла девственность? — раздается холодный вопрос.

Моргаю, отказываюсь верить, что он действительно о таком спрашивает.

— Отвечай, — берет за волосы, притягивает ближе, практически вплотную к паху, шлепает вздыбленным членом по щеке. — Сколько тебе было лет?

— Девятнадцать, — судорожно выдыхаю.

— Продолжай, — опять отвешивает унизительную пощечину, грубо бьет восставшим органом. — Дальше.

— Я не… что ты хочешь услышать?

— Все.

Хлопает по щекам снова и снова.

Это не больно. Просто грязно. И волнующе.

Я готова проклясть саму себя за безумную реакцию.

"— Как он тебя ебал? — отрывисто спрашивает Марат.

— Ни-как, — выдаю сдавленно. — То есть… обычно.

— Да ладно, — насмешливо хмыкает.

— Быстро. Я… я не поняла. Не почувствовала.

— У него был настолько мелкий хер?

— Не… не очень большой.

— Где это произошло?

— В машине.

Возможно, мне стоит поведать подробности, потянуть время, ухватиться за соломинку.

— После студенческой дискотеки, — прибавляю тихо. — Мы встречались уже несколько месяцев и тогда… казалось, настал подходящий момент.

— Тогда?

— Я думала, что люблю его, — сглатываю. — Но через неделю мы разошлись навсегда.

— Почему?

— Он ударил меня.

Пальцы сильнее сжимают мои волосы. Раскаленный член прижимается к щеке, чуть ли кожу не прожигает.

— Он решил, я ему изменила.

— А ты верная была? — интересуется с явной издевкой.

Молчу. На душе становится гадко. Разве я должна сейчас что-то доказывать? И какое ему дело до моих прошлых отношений? Зачем ворошить это?

— Говори, — произносит с нажимом.

— Я бы никогда не стала предавать любимого человека, — отвечаю тихо.

— В рот у него брала? — окатывает льдом.

— Что? — в горле пересыхает.

— Хуй заглатывала?

— Нет.

— Когда сосать начала?

Дергаюсь, совершаю отчаянную попытку отстраниться. Хватка становится жестче.