Отвергнутый наследник

Обернувшись, Хартли сочувственно смотрит на меня, но я избегаю встречаться с ней взглядом и таращусь на свой стол.

Я знаю, что она думает. Истон Ройал – самый тупой придурок в мире. Что я вообще с ним делаю?

Хотя… мы же не вместе, верно? Она поцеловала меня на вершине колеса обозрения. Это что-то значит? Наверное, ничего.

В разгаре этого прилива жалости к самому себе я вдруг распрямляю плечи. Потому что… да пошло оно все! Какое мне дело до того, что думает обо мне Хартли, изгой, с которым не разговаривают даже члены ее собственной семьи? Какое мне дело до того, что думает кто-то из «Астора»? Я даже не трахнул мисс Манн.

Встряхнувшись, я лениво растягиваю слова:

– Что? У нас тут появился еще один мятежник? Встань и покажи себя. В «Асторе» есть место только для одного подонка, и оно уже занято мной.

Среди перешептываний доносится нервный смех.

– Вообще-то, я думаю, что обыскивают ее шкафчик.

– Мой?!

– У тебя номер четыреста шестьдесят пять, верно?

Хартли осторожно кивает.

– Тогда точно твой.

Шепот перерастает в ровный гул, когда мои одноклассники принимаются обсуждать, что такого натворила Хартли. Она по-прежнему остается загадкой для многих: появилась из ниоткуда спустя три года отсутствия. Не участвует ни в каких школьных событиях. Обязательным факультативом выбрала музыку и репетирует отдельно от всех в музыкальной комнате.

Если не брать во внимание пару футбольных матчей, на которых она сидела с Эллой и Вэл, Хартли почти не участвует в общественной жизни «Астора».

До меня доносятся обрывки разговоров:

«…она общается с Эллой. Наверное, ее давняя подружка из стриптиз-клуба».

«…разве не ее отцу пришлось отказаться от гонки за кресло мэра из-за разразившегося скандала?»

«…ходят слухи, что они с Ройалом занимались сексом в музыкальной комнате».

Если я их слышу, то и Хартли – тоже. Протянув руку, я сжимаю ее плечо, чтобы приободрить.

Уязвленный, я опускаю руку на стол.

Дверь снова открывается. Все дружно оборачиваются.

Когда в кабинет входит мисс Манн, я уже мысленно готов снова встретиться с ее несчастным взглядом. Но учительница вплывает в класс, высоко подняв голову, и смотрит на всех нас сверху вниз, как будто она королева, а мы – ее никчемные прислужники.