Отверженная для генерала драконов

Поцелуй, который поднимает рябь на моём внутреннем источнике, приводит магию в движение и закручивает смерчем. Направляет к горлу горячим ветерком, но так и не зацепляется в ней, из-за чего падает обратно на дно."

"Раздери гролвары Франца. Всё же сбил ход мыслей не в то течение.

Почему источник не связался с моей наречённой? Может, если я консумирую брак, тогда получится?

Прячу в бокале усмешку.

Франц, ты поэтому тащишь её в моё поместье? Чтобы я завершил свадебный ритуал?

Глава 6. На свободу

– А… куда, простите?

Ну а что? Вполне закономерный вопрос.

– Точно, прошу меня простить, – мужчина касается своего лба пальцами. – Вы, должно быть, не помните меня. Я Франц Ерс, работаю с вашим мужем. Собираюсь отвести вас в его поместье.

– Насколько я поняла, он моим мужем быть не хочет, – поджимаю губы. – Так с чего бы домой отправляет? Передумал?

– На вашей кисти его метка, – разводит руками Франц, а после отступает в сторону, позволяя мне выйти из отпертой клетки.

Ага, потому что я его и придушить могу. Подушкой. Или чем поострее, если речь зайдёт о моей одержимости…

Ладно, делать нечего. Снаружи хоть варианты будут и возможность что-то выяснить. Например, то, что за благополучие я обеспечиваю этому генералу.

Выхожу из камеры, на всякий случай выпрямив спину. По моим предположениям, абы кого за генерала замуж не отдали, значит, прежняя владелица тела не должна быть простолюдинкой.

Проходя мимо камеры Таши, задерживаюсь, чтобы получше рассмотреть «одержимую». Что если она тоже попаданка? Вправе ли я бросать её? Вдруг она и правда такая же, как я, а значит, вместе мы могли бы попытаться найти выход.

Что ж…

– Франц, – я оборачиваюсь к мужчине и пускаю в ход всё имеющееся обаяние. – Можете сделать кое-что для меня?

– В чём дело, леди Карт?

Вот же ж! Он меня тоже по имени не зовёт.

– Эту девушку, – киваю на Ташу, – несправедливо обвиняют в том, что она одержимая, но это не так. Скорее всего, её муж не хочет проводить законную процедуру развода и пытается избавиться от супруги столь низким и жестоким способом.

– Вот как? – Франц задумчиво рассматривает пленницу. – Что ж, это и правда низкий и совершенно недопустимый для мужчины поступок.