Адвокат Империи 15

Но для кое-кого его появление означало куда более важное событие.

Стоило только ботинку Галахада ступить на последнюю ступень лестницы, что вела его на третий этаж, где находились его покои, как одна из дверей открылась.

— Ваша светлость! — воскликнул Сандерленд, выходя в коридор. На лице молодого сына виконта застыла маска искреннего беспокойства и радости от появления начальника.

— Не сейчас, — отрезал Галахад, идя вперед и старательно глядя перед собой.

Весь его вид сейчас демонстрировал человека неуверенного в каждом своём движении.

Тем не менее резкие слова, произнесённые приказным тоном, ввели его в ступор. Настолько, что он не вымолвил ни единого слова даже тогда, когда герцог прошёл мимо него к двери, что вела в его собственные покои. И лишь громкий щелчок замка вернул его к действительности.

— Ваша светлость, я должен поговорить с вами! — вдруг нашёлся он.

— Не сейчас, Сандерленд, — отмахнулся от него Галахад, заходя в просторные апартаменты, предназначенные для самых важных гостей.

Небрежно бросив свой собственный фамильный клинок прямо на пол в коридоре, Алестер открыл дверь ванной и буквально ввалился внутрь. Доковыляв до отделанной светло-бежевым мрамором раковины, он включил воду. Ладони щедро зачерпнули холодной воды и брызнули на лицо.

И то, что он там увидел, ему не понравилось.

«Это будет равноценный обмен…»

Вспыхнувшие в голове воспоминания обожгли британца сильнее раскалённого железа, прижатого к коже. Кровь вспыхнула огнём в венах, словно отражение охватившего его гнева. Ярости и злости на самого себя. Галахад даже не успел подумать, а его правая рука врезалась в одно из двух крупных зеркал ванной с такой силой, что стеклянное полотно разбилось.

Где-то за его спиной послышался щелчок открывающейся двери.

— Я сказал, чтобы ты оставил меня в покое! — обернувшись, рявкнул он, практически срываясь на крик. — Пошёл вон!

— Простите, ваша светлость, — чуть ли не извиняющимся тоном ответил Сандерленд. — Я обязан знать, что с вами случилось…

Галахад замер на несколько секунд. Его левая рука, всё ещё сжимающая раковину, дрогнула.