Отработанный материал

Сработала автоматика, отсек оказался заблокирован до тех пор, пока спасатели не разобрались, что происходит и что делать. В итоге все, кто оказался отрезанным в заблокированном отсеке, погибли. Кроме меня. Да и я, когда отсек открыли, почти не отличался от трупа. Потом дорога до госпиталя, видимость лечения, драка с жандармом и, наконец, ссылка сюда. Бесславный конец славной службы на благо империи. Хотя, с другой стороны, наверно, это и правильно. Я теперь действительно бесполезен. Отработанный материал, как сказал ваш куратор.

— Дурак он, этот куратор, — огрызнулась Лина. — Жил дураком, дураком и подохнет.

— Чёрт с ним, с куратором. Лучше скажи, почему ваши мужики себя так странно ведут?

— В каком смысле — странно?"

"— В прямом. Этот вон, сосед, сказал, что в двух шагах от охранников сидел, и даже не попытался вмешаться. Почему?

— Они не знают тебя. Не понимают, чего ты добиваешься, — помолчав, ответила Лина. — А ещё никто из них не хочет, глупо погибнув, оставить свою семью на произвол корпорации.

— Очень интересно?! А почему тогда помогают избавиться от трупов и спрятать трофейные снегоходы? Что-то у тебя концы с концами не вяжутся.

— Всё просто. Сейчас ты дерёшься с охранниками за свою свободу, а это значит, что это только твоя драка. А снегоходы ты всегда сможешь получить обратно, если захочешь. Причём все сразу. Тебе ещё и заплатят за их использование. Охотникам нужно на чём-то в лес уходить.

— Хочешь сказать, они их спрячут, перекрасят и пригонят мне обратно по первому моему требованию, да ещё и приплатят за всё это? — не понял Влад.

— Конечно. У нас такой техники почти нет. Все наши машины обычного, гражданского назначения, а тем вездеходам в лесу цены нет. Так что чем дольше охотники ими пользуются, тем ты богаче.

— Как это богаче? — окончательно запутался разведчик.

— Охотники будут откладывать за каждую поездку по три шкурки лично для тебя и, вернувшись с промысла, просто принесут их тебе в дом.

— Весело! А то, что я эти машины у корпорации отбил, можно сказать, украл, не считается?

— Твои разногласия с корпорацией — это только твои дела, — пожала плечами Лина. — Пойми, ты новый здесь человек, и все жители посёлка, да чего там посёлка, всего континента, внимательно наблюдают за тобой. Каждое твоё дело, каждый поступок, даже каждое слово, выслушивается и обсуждается.