Особа королевских ролей

Сачок выпал из его руки. Я бросился вперед со скоростью молодого гепарда, схватил инструмент для ловли бабочек и опрометью понесся к собаке. В голове билась лишь одна мысль: надо успеть. Но если куда-то торопишься, то непременно опоздаешь. Мои ноги неожиданно разъехались, и я рухнул прямо в лужу. Сачок выскользнул из моих рук и отлетел в сторону.

– М-м-м, – простонал я.

– Вам плохо? – испугался Борис, подбегая ко мне.

– Очень даже хорошо, – заверил я, вставая из грязи, – стон издал от разочарования. Так и не удалось собрать мочу!

– Ветеринары, которые велят принести материал для анализов, обязаны придумать методы его сбора, – вскипел Боря, – или сами заниматься этим делом.

– На героев сказки про поросят, – засмеялся я, – на Нуф-Нуфа и Наф-Нафа.

Сбоку послышался знакомый звук, мы с Борей повернулись. Демьянка сидела у моей ноги и трясла ушами.

Я погладил псинку."

"– Ты не постесняешься идти домой с парой перепачканных до безобразия мужчин? Не побоишься осуждения товарищей, которые залают: «У приличной собаки хозяева аккуратные».

Боря прицепил поводок к ошейнику.

– Надеюсь, мы не встретим знакомых. Вид у нас не для приема у английской королевы.

Я поддержал ничего не значащий разговор.

– Говорят, она дама с чувством юмора, способная порой на непротокольное поведение. Когда Юрий Гагарин, которого Елизавета пригласила на чаепитие, по простоте душевной вынул ложечкой из своей уже пустой чашки ломтик лимона и съел его, ее величество мигом поступила точно так же.

Я прошел в угол площадки, наклонился, замер, потом крикнул:

– Борис! Вы не поверите! В банке находится то, что нам надо.

– Невероятно! – обрадовался батлер. – Как это получилось?

– Сам не пойму, – удивлялся я, – единственное объяснение: собака решила повторить процесс и случайно сделала это прямо над банкой.

Боря вынул из кармана пакет с логотипом супермаркета «Дешево и хорошо», осторожно поместил в него пластмассовую тару и завязал кулек. Я взял у помощника поводок, и мы, похожие на диких кабанов, которые от всей души повалялись в грязи, пошли по улице.

– Грязь хуже гололеда, – посетовал помощник, – ноги скользят, словно я на коньках еду. Ох!

Борис взмахнул руками и шлепнулся.