Оплаченные фантазии

Предупреждаю, если вздумаете шутки шутить, то запись попадет к другому заинтересованному лицу. Каждый ваш шаг – под контролем! Не рекомендую тянуть с оплатой. Счет пошел с этой минуты. Будьте благоразумны, не подвергайте риску свое семейное благополучие и деловую репутацию».

Щелкнув мышкой по кнопке с громкоговорителем, я внимательно вслушалась в текст. Внесла кое-какие незначительные поправки, снова прослушала текст и записала его на диктофон. Затем покопалась в ящике письменного стола, нашла симку с анти-АОНом и вставила ее в старый мобильник.

– Доктор Жупанов у аппарата!

Я включила воспроизведение диктофонной записи. Хирург слушал ее молча, до меня доходило лишь его громкое прерывистое дыхание. Едва лишь роботизированный голос замолчал, как Жупанов моментально отключился. Надеюсь, он записал всю необходимую информацию и принял ее к сведению.

Примерно через полчаса Андрей позвонил мне и, забыв поздороваться, тревожно уведомил:

– Клава, случилось то, чего я и боялся! Меня шантажируют, требуют денег в обмен на видеозапись! Как ты думаешь, что мне делать?

– Не знаю.

– Что значит – сам? Ты же обещала помочь! Говорила, что у тебя есть связи в журналистской среде и ты сможешь предотвратить публикацию. Обманула?

– Нет, даже и не думала. Андрей, значит, тебя кто-то из моих коллег шантажирует? – я запоздало озаботилась собственным реноме. – Только не это! Я ведь была там с тобой.

– Зайчонок, я точно не знаю, кто именно меня шантажирует. Голос был такой нереальный, словно из космоса. Я даже не понял, мужчина со мной говорил или женщина.

– По-моему, лучше выкупить запись, – посоветовала я. – Андрей, ты сделаешь это ради меня?

– Что? Ради тебя? Да я и ради себя это сделаю, – бестактно признался он.

– Значит, на меня тебе наплевать? – озлобилась я. – А говорил, что полюбил меня!

– Прости, зайчонок, я неправильно выразился, – Жупанов попытался загладить свою вину.

Мысль была вполне здравой. В девяти случаях из десяти так и происходит. Сначала требуют сумму, которая не принесет значительного ущерба благосостоянию «клиента», затем увеличивают ее, доводя в конечном итоге баланс до критической отметки, когда больше платить будет нечем и в долг брать не у кого.