Опасная красота. Поцелуи Иуды

Подавив мучительный дикий всхлип, нажимаю зеленую кнопку соединения.

И сразу сбрасываю, не дождавшись начала вызова.

Отложив от себя телефон подальше, как будто это ядовитый скорпион, который может меня ужалить, я забираюсь в постель, всем телом прижимаясь к раскаленному телу Коула, крепко обнимаю его и закрываю глаза.

ГЛАВА 25

Доверие

Столовая при полицейском отделении находилась на цокольном этаже. Готовили там очень вкусно и недорого, но я там обедать не любила из-за больших очередей и слишком низких, давящих потолков помещения.

Но сегодня в клинике был неприемный день, а в столовке, как по заказу, оказалось мало народу, поэтому я взяла какой-то супчик и устроилась в уголке с намерением тихонько посидеть здесь полчасика. В последнее время мне действительно хотелось покоя и тишины…

А когда парой минут позже тут появилась Фелиция Виклер, которая отродясь не обедала в столовках, я вовсе не ожидала, что она подойдет к моему столику.

— Привет, — нерешительно поздоровалась она. — Можно?

— Привет, конечно, можно!

— А очень даже ничего! Ну, надо же! — с удивлением проговорила Фели, проглотив кусочек овощной запеканки. — Никки, я хотела извиниться… Я так виновата перед тобой!

— Ничего страшного…

— Ничего страшного? — с горячностью перебила Фели. — О, Ник, я знаю, как сильно тебе нравился Итан, ты была влюблена в него, а я… Знаешь, я была самовлюбленной, эгоистичной сукой! Настоящей предательницей! Иудой! Мне так стыдно признаваться, но я хотела одна притягивать всеобщее внимание, чтобы у меня не было соперниц… Я боялась померкнуть на твоем фоне, ведь ты на самом деле очень красивая, Никки! Прости меня, прости, я так сожалею! Я такая счастливая сейчас, а ты… Ты так страдаешь, я же вижу… Никки, если лишусь твоей дружбы, то я просто горе луковое!

О Фели, если бы ты только знала, что я и думать забыла об Итане Энглере! Если бы ты только знала, как хорошо мне было с Коулом Тернером днем… и с Кастором Троем ночью.

С двумя ненавидящими друг друга мужчинами, один из которых не подозревал, что делит меня с другим, а второй — что я не собираюсь подчиняться его приказу и становиться Иудой для того, кого по-настоящему люблю.

Того, кто ради меня нарушил все свои обеты.

Того, без кого я не мыслила больше себя.

Того, кто стал моим смыслом жизни.