Тройняшки не по плану. Идеальный генофонд (+ Бонус. Новый год у Тумановых)

Мы стоим у столика, за которым устроились дети. Не хочу, чтобы они стали свидетелями непростого разговора, поэтому меню им даю. В то время как они отвлекаются на картинки блюд, я чуть оттесняю Адама к проходу. – Обычно материал обрабатывают и отправляют на криоконсервацию, - обозначаю порядок, но Туманов кривится.

- Я уточнял. На следующее утро, одумавшись, позвонил в лабораторию и приказал уничтожить все. Но они промолчали, а я не стал докапываться до сути, - шокирует своей беспечностью. – Чуть больше месяца назад, когда о диагнозе своем узнал, подослал кое-кого, чтобы осторожно спросила, - отводит взгляд, недоговаривая.

- Что за диагноз и откуда вдруг взялось бесплодие? – во мне просыпается врач.

- Я не буду говорить с тобой об этом, чертовка, - впервые теряется Туманов. – Неважно, - отмахивается. – Факт в том, что у меня единственный шанс обзавестись ребенком. Я думал нанять суррогатку, если материал сохранился по сей день, но… - делает паузу, косится на чертят, которые втроем превратились в один большой локатор.

- А можно? – и в меня одновременно стреляют три пары глаз. Жалостливо так, с надеждой и азартом.

- Можно, - протяжно выдыхаю я, поддавшись их обаянию, но на Адама зыркаю недовольно. Распоряжаться вздумал моими детьми, как родными! Надо прекращать это. Нельзя, чтобы чертята привязывались к нему. Но они, кажется, уже начинают...

Василиса игриво подмигивает Адаму и раньше всех мчится в детский городок, оборудованный в дальнем углу кафе.

- Ты им понравился, - бурчу тихо.

- Я всем нравлюсь, - самодовольно хмыкает Адам и отодвигает стул. – Присаживайся.

Жду, что Туманов устроится напротив, но он вдруг занимает место рядом со мной.

- Итак, в клинике сообщили, что в криобанк в тот день ничего не поступало, - продолжает беседу, пока я задерживаю дыхание, чтобы не впустить в себя его аромат. Дурманящий и дорогой. Запах богатства, власти и… настоящего мужчины. – Никаких данных за конкретную дату нет. Значит, использовали сразу.