Он придет

В последний момент я крутанул руль влево и вдавил педаль газа всем своим весом. Дорога поднималась, пронзая пустые улицы, спиралью ввинчивалась в серые облака смога – просто русские горки, а не улица, распланированная архитектором-берсерком! Мотоциклист, не отставая, мчался позади, при первой же возможности опять сдергивая руку с револьвером с руля, стремясь обрести непоколебимый прицел…

Я постоянно метался из стороны в сторону, выплясывая по дороге и стараясь не подставляться, хотя узость улицы практически не оставляла пространства для маневра.

Мы продолжали подниматься в гору.

С набором высоты местность заметно менялась – жилые кварталы каркасных домов все чаще сменялись отрезками пыльных пустырей, по которым там и сям были раскиданы убогие хибары. А тут и вовсе ни телефонных столбов, ни автомобилей, ни вообще каких-то признаков человеческого обитания… Ровно то, что надо для убийства среди бела дня.

Подпрыгнув на «горбушке», мы опять начали разгоняться вниз по склону, и я с ужасом увидел, что на полной скорости лечу прямо в тупик, что я всего в каких-то ярдах от того, чтобы врезаться в кучу земли перед въездом на пустынную стройку. Деваться было некуда – дорога на ней обрывалась, наглухо перекрытая штабелями шлакобетонных блоков, стопками гипрока, штабелями досок и холмиками вынутого экскаватором грунта.

"Человеку на мотоцикле, судя по всему, пришла в голову точно такая же мысль, поскольку он предпринял серию уверенных действий. Снял руку с револьвером с рукоятки, замедлил ход и подвернул влево, готовый оказаться сбоку от меня, когда мои попытки ускользнуть подойдут к концу.