Одна ошибка

Драгоценный прадед уже много лет считался спятившим, и после смерти его жены, прабабки Лавинии, жил в пещере где-то на отшибе в северной части Аргантара. Говорят, он очень ее любил, потому и спятил, когда та умерла. Норберт видел портрет прабабки. Лавиния была карлицей с вечно недовольным лицом и отличалась на редкость сварливым характером.

Уже тогда Норберт был храбрым воином и обещал стать великим королем. Это казалось приключением, а слова отца всего лишь добавили флера загадочности.

Он помнил, как нашел прадеда.

Тот возился на маленькой грядке около своей пещеры, огурцы подвязывал. В каких-то линялых серых обносках, босой, веревкой подпоясанный. Вроде безумным не выглядел, хотя как сказать… На правнука отшельник Симон, бывший великий король Аргантара Симон V, не обратил никакого внимания. Только пробормотал:

- А, ты."

"И снова уткнулся в взглядом в моток шпагата, который держал в руках. Норберт счел нужным обозначить свое присутствие. Отшельник скосился на него мельком и выдал:

- Поздравляю.

В тебе заперт дракон. Осталось только найти нареченную.

- И тогда я смогу обращаться?! — выпалил он, не сдержав восторга. — Стану огнедышащим крылатым ящером? Оооо!!!

- Нет, обращаться ты не будешь.

- А что же будет?

- Она поставит тебя на колени. Сделает рабом.

Как будто ушат ледяной воды обрушился тогда на Норберта. Но сориентировался он быстро.

- Значит, обойдусь без нареченной.

Прадед взглянул на него, отложил моток и буднично проговорил:

- А это не тебе решать.

Потом встал, отряхивая руки, и отвернулся к пещере.

- Нет! — сжал кулаки Норберт.

- Без нее твой дракон сведет тебя с ума.

Тогда он отказался принять этот бред. Ему было восемнадцать. В двадцать два Норберт стал королем, и до двадцати семи лет верил, что его минует это проклятое наследие предков. Наивный дурак.

Потом он тоже верил, что сможет победить. В разных книгах искал выход. Держался в стороне, достаточно было ощущать, что девушка жива. Однако прошло десять лет, и дракон не хотел больше ждать.

И да, черт бы его побрал! Теперь он готов был принять свершившийся факт. Но только на своих условиях. Рабом Норберт Аргантарский не собирался становится никому и никогда.

Король тряхнул головой, отгоняя воспоминания.

Оглянулся по сторонам. Амелинды действительно не было, и он был рад этому обстоятельству. Зато остальные дамы лезли вон из кожи как всегда. По счастью, значительную долю внимания на себя оттянул старина Карл, Норберт был ему благодарен.