Одержимость Малиновского

Плохо это или нет — тебе решать, вернее, им… — показывает он пальцем в небо. — А то, что с Жаклин получилось — так сам виноват. В твоих силах было это прекратить, но ты не стал, вот и результат.

— Знаю.

Что я ещё мог сказать? Опять он прав. Но от этого не легче.

— Знаешь, Саш, я когда тебя увидел, подумал, что ты мог купаться в лучах славы, люди бы тебя боготворили. Лёгким был бы для тебя путь с твоим-то даром. Но ты выбрал жизнь во тьме, и от этого твоё сияние не стало меньше, наоборот — оно так ярче. Ты понимаешь, о чём я?

— Не совсем.

"— Я имел в виду, что ты выбираешь не лёгкий путь, а правильный, пусть он не усыпан лепестками роз…

— Мой пусть окроплён кровью, и это только начало, так?

— Какой отец, таков и сын. Кто-то борется со злом на поле брани, а кто-то должен тут держать оборону. Баланс важен. Не будет его, и мир захлебнётся кровью. У человеческой жадности нет предела, гидра — тварь ненасытная: сколько ни давай, всё мало, а страдают простые люди. Кто-то же должен их защитить. И головы лишить её не получится: одну срубишь — вырастут две, три, а то и больше, и аппетит у всех отменный — хуже будет.

Кто-то, если бы услышал наш разговор, решил, что эта тайная организация, а я в ней палачом устроился. Всё совсем не так, сложнее, что ли.

Вот люди часто ходят в церковь, читают молитвы, обращаясь к богу о помощи, просят спасти их от зла, козней дьявола. Но самое парадоксальное — они не верят в существование этого всего, им проще сделать вид, что всё метафора. Если бы. И поговорка «если я этого не вижу, значит, этого не существует» не прокатит.

Реальность такова, что существует два лагеря: один работает на тьму, другой на свет. У человека есть право выбора, на чью сторону встать. И пока баланс между силами существует — всё нормально. Моя задача за этим проследить, а сделать это можно, только став одним из теневых правителей мира сего.

— Не нужно меня уговаривать, я знаю, что от меня требуется. Знаешь, был бы у меня другой вариант — монастырь, я бы предпочёл его.