Одержимость Малиновского

И если бы такое не происходило раньше, я бы, грешным делом, Ивана заподозрила — уж больно они были реалистичные. И главное, как только я подходила к пику, звучал один и тот же вопрос: «Кому ты принадлежишь?». Вот такой пакости я от своего подсознания не ожидала! Разумеется, я даже во сне держала оборону. В итоге коварный Иван не доводил до логического завершения свои развратные действия.

К концу недели я чувствовала себя, как на вулкане. От одного взгляда Малиновского желание вспыхивало как спичка, а бельё становилось влажным.

Так что наши тренировки были для меня ещё тем испытанием. Да что там — пыткой! А он, коварный, даже не приставал, чтобы облегчить мне задачу! То, что он всё понимал, сомнений у меня возникало, но злило, что занял выжидательную позицию. Я девушка гордая, сама на него вешаться не стану. Ну ничего, посмотрим, кто из нас кремень.

Глава 24

Оливия

Я первый раз оказалась в России, столько слышала об этой стране от своей бабушки — это была её родина. Ну что, пришло время посмотреть, где жили мои предки по бабушкиной линии.

Я очень переживала, собираясь в эту поездку, радовало, что меня сопровождал господин Лютов. Кстати, с ним и женихом подруги я собиралась сегодня серьёзно поговорить. Известие о свадьбе Миры и Малиновского меня весьма удивило. Это что же получается, вся наша афера с побегом была напрасна? Ничего не понимаю. Подруга утверждала, что Малиновский не жалует её. А тут такое…

— Оливия, женщинам много думать вредно, от этого морщинки на лице появляются, — раздался насмешливый голос Лютова.

Вот бесит мужской шовинизм!

— Господин Лютов, на дворе двадцать первый век, женщины равны мужчинам, и многие из вас не радуют наших глаз, но мы же не упрекаем вас за это. Даже больше скажу: большинству из нас вы неинтересны, и если от мыслительного процесса у меня появится несколько морщин, ничего, я как-нибудь это переживу.

— Феминистка, значит… — цокнул он языком, качая головой. — Плохо, конечно, но ничего, Цербер тебя вылечит. — Я даже с шага сбилась. — Я для тебя не господин, а просто Александр или Саша.

В ответ я только фыркнула — при чём тут персонаж греческой мифологии — трёхголовый пёс, охраняющий выход из царства мёртвых в Аиде? Странный этот Лютов…

Мы молча вошли в здание аэропорта, и я вопросительно посмотрела на него, мол, куда дальше?

— О, лёгок на помине! — воскликнул Александр и, как-то зловеще улыбаясь, посмотрел на меня. — Я понял, ты замуж не горишь желанием выходить?

Его вопрос меня весьма озадачил.