Один день, одна ночь

Настюха плакала, пила горячий чай, отдыхала от пережитого, а он ее жалел, так жалел!..

Ее жалел, а себя ненавидел пуще прежнего – за то, что ничего не может, ни на что не решается, все выжидает чего-то, и вот дождался.

А потом она поехала на эту фотосъемку.

Артем знал, что никакой она не фотограф – наснимает вечно какую-то ерунду, а потом трогательно просит, чтобы он сказал «честно», хорошо или плохо.

В прошлой своей жизни он непременно бы честно сказал, что не просто плохо, а чудовищно, никуда не годится, но в этой никак не мог.

Он понимал, что эта его честность ничего не изменит, лучше снимать она все равно не станет, а страданий прибавится. Ей так хотелось его одобрения, как будто голодная хлеб у него выпрашивала! Артем понимал, что это муж внушил ей, что она ни на что не годная, ни к чему не способная, необразованная. Ему, мужу, наверное, так было легче с ней управляться.

Она поехала на съемку и пробыла весь день с чертовым знаменитым писателем и Ольгой Красильченко, журналисткой, пишущей как раз про «знаменитых».

Артем Ольгу от души презирал и неистово ей завидовал – у нее была репутация незыблемая, как американская конституция, а ее слово весило, как самый тяжелый из всех известных в природе металлов! Ну, может, не конституция и не металл, но ее похвала сразу переводила «знаменитость» в разряд настоящих «звезд», а ироническая или не слишком восторженная реплика, прямо скажем, низвергала с Олимпа! Она интервьюировала только самых-самых, и эти «самые-самые» считали, что побеседовать с Красильченко – большая честь. Никто и никогда не считал честью беседу с Артемом Гудковым!

Ольга рассусоливала с писателем очень долго, а потом заявила, что ей непременно нужно поговорить с ним в «домашней обстановке», и Настюхе пришлось тащиться под вечер в «домашнюю обстановку»!

Накануне она довольно горделиво рассказывала о том, что муж ее вроде бы дружен с писателем или его женой и несколько раз она прежде бывала у них в доме.

Артем слушал вполуха.

Оттуда она позвонила и страшным шепотом сказала, что здесь, в квартире у писателя, ее муж! И она теперь не знает, что ей делать. Она его боится, а он тут гостит!.. А еще сестре Наталке, которая неделю назад приехала из Одессы, нужно передать ключи от квартиры – Настюха утром забирала аппаратуру – она так горделиво именовала фотоаппарат с треногой, – а Наталка в это время куда-то смылась, вот и осталась без ключей.