Очень (не) обычная история

Иду на кухню, беру бутылку джина и стакан. Не водка конечно, но эффект тот же. Поднимаюсь на второй этаж. Захожу в спальню и вижу что, Аня уже лежит в кровати. Она повёрнута на бок, задницей ко мне. Не спит. Но и никак не реагирует на мое появление. Молча подхожу и ставлю на прикроватную тумбу бутылку и стакан.

— Ты пить собрался? — спрашивает не поворачивая головы.

— Нет. Это тебе, — отвечаю и сажусь на край кровати рядом с ней.

— В смысле, мне?

— В самом прямом. Выпей. Тебе надо.

Детка, просто поверь на слово.

"— Что значит, надо? — она наконец-то разворачивается и садится на подушках.

Я сразу замечаю, что с ней что-то не так. Красные, припухшие глаза и такой же нос.

— Ты что плакала? — скорее констатирую, чем спрашиваю.

От ее расстроенного вида у мен внутри режет где-то в районе сердца. Но я не могу дать слабину. Если сейчас начну ее жалеть, я не смогу сказать то, что собрался.

— Нет! — с обидой в голосе, резко говорит она. — Так, ты не ответил. Что значит, надо?

— Просто поверь на слово, — открываю бутылку, наливаю джин и протягиваю Ане стакан.

Она берет его одной рукой.

— Егор, что-то случилось? — я смотрю в ее глаза и вижу, как удивление вперемешку со злостью сменяется испугом.

— Да, — тихо отвечаю.

Аня таращит на меня свои переруганные глазища, держа дрожащей рукой стакан. — И случилось это давно, — делаю глоток прямо из бутылки.

— Ты хочешь мне сказать, что не любишь меня? — так же полушепотом произносит она.

— Нет… То есть, да… Точнее это сейчас вообще не при чем, — устало тру ладонью глаза.

Обычно у меня нет проблем с речью, а сейчас, как на зло, слова никак не идут в голову.

— А что тогда? — она подсовывается ближе ко мне.

— Мне надо тебе кое-что объяснить… Я пытаюсь сказать что…

— Что? — она подсовывается ещё ближе и хватает меня за руку.

Черт! Как же это тяжело!

— Что… — сглатываю подступивший к горлу комок, — что много лет назад у меня с твоей мамой были отношения.

— Ты шутишь? Это шутка такая? — практически вскрикивает она.

— Нет. Не шучу, — говорю и смотрю на неё в упор.

— Так не бывает. Нет, — она отрицательно крутит головой. — Это же не турецкий сериал. В жизни так не бывает.

— Я сам в шоке.

Аня опускает глаза, несколько секунд смотрит на стакан в своих руках, а затем делает два больших глотка. И в эту же секунду начинает задыхаться.

— Твою мать! — бросаюсь к ней. — Дыши! Носом дыши! Глубоко!

Хватаю ее за плечи и заставляю повторять за собой.

— Вот так. Вдох-Выдох. Вдох-выдох.