Ночной гость

Шагнув ближе, он положил ладонь ей на плечо, скользя по руке вниз до тех пор, пока не взял ее пальцы в свои. Потянув мягко, но непреклонно, он оттащил ее от насупленного, недоверчивого Эрика, затем подтолкнул старого друга через открытую дверь, положив большую ладонь ему на грудь.

Когда Иззи издала протестующий звук из-за потери своего защитника, Джулиан поймал ее подбородок своей теплой ладонью и заставил посмотреть на него.

— Иззи, ты сейчас поговоришь со мной. Если после того как мы выслушаем, друг друга, ты не изменишь своего желания оставить меня, я сам лично отвезу тебя на борт корабля.

Потрясенная, она могла лишь широко открыть глаза, поскольку его рука, державшая ее за подбородок, не давала челюсти отвиснуть.

— Знаю, что не сделал ничего, чтобы заслужить это, но я хочу этого.

Иззи стукнула его ботинком по ноге. Завопив от боли, Джулиан потянулся к ушибленной стопе и попытался отскочить в сторону от ее кулака. Разъяренная, она смогла лишь завопить:

— Эрик! Эрик!

— Что? — донесся из коридора его голос.

— Убирайся, Эрик! — в один голос проорали Иззи и Джулиан."

"Повернувшись к Джулиану, Иззи снова занесла кулак, но тот оказался зажатым в большой ладони Джулиана.

— Иззи, поговори со мной! Пожалуйста! — Он продолжал держать ее за руку. — Иззи.

Стиснув зубы, она подергала руку, но безрезультатно. Наконец, признав поражение, она перестала размахивать кулаком, и его хватка тут же ослабла.

— Почему ты хочешь ударить меня, Иззи? — Он знал почему, но хотел услышать это от нее, хотел, чтобы она произнесла слова, которые заставят его отпустить ее, в то время как ему безумно хотелось ее удержать.

— Я хочу ударить тебя потому, что ты самый бестолковый, самый упрямый, самый глупый… глупец, которого я имела несчастье полюбить, — процедила Иззи сквозь зубы.

Джулиан не поверил своим ушам.

— Ты любишь… меня? Меня?

Пришел черед Иззи ошеломленно уставиться на него. Неужели он этого не знал? Иззи удивленно заморгала. Так вот в чем причина его разрыва с Эриком, того что Джулиан поспешно отправил ее в Дарингем, причина, по которой двое друзей дошли до драки.