Никому о нас не говори (СИ)

Запихиваю туда автомобильную подушку, плотно свернув её, и выхожу из машины.

Нацепив на лицо улыбку до ушей, я целенаправленно иду к даме с собачкой. Спаниель уже бегает у её ног.

Я сжимают пакет и приближаюсь к объекту в розовом. Ну, давай, Тимур, включай всё своё обаяние и актёрский талант… Если таковые вообще имеются.

— Девушка, — я намеренно называю эту даму так, — простите, пожалуйста…

Старушка сразу же оборачивается и оглядывается по сторонам. Убедившись, что я обращаюсь именно к ней, расплывается в улыбке.

— А вы не подскажете, здесь живёт Анна Просветова? — расстилаюсь в вежливости.

— Анечка? Просветова? — добродушно удивляется старушка. Но её внимание привлекают мои татуировки на руках. Она сразу же окидывает меня подозрительным взглядом. — А тебе зачем она?

— Я курьер, — стараюсь говорить спокойно. Демонстративно машу перед её носом тем самым пакетом и улыбаюсь ещё шире. — Вот заказ. Имя указали, только адрес написали без квартиры, по номеру телефона звоню — никто не отвечает.

Ну, давай же, бабуля. Всё моё враньё лишь во благо… Возле моих ног раздаётся тявканье. Опускаю глаза. По кроссовкам уже топчется щенок этой дамы.

— Боня, фу! — тут же ругается она.

Я почему-то инстинктивно наклоняюсь, чтобы его погладить. Пальцы сразу же оказываются радостно облизаны щенком. И неожиданно мой план прокатывает.

— Не бойтесь. Он не укусит.

Сердце делает ощутимый удар в груди. Да! Я готов расцеловать и даму в розовом, и её собаку.

— Спасибо, — нервно перевожу дыхание.

Гашу в себе желание кинуться к подъезду одним прыжком. Просто иду, стискивая пальцами ручку в пакета с подушкой.

— Вы бы там починили у себя на сайте-то. У меня тоже часто адрес исчезает! — восклицает мне в спину старушка.

Бросаю ей спешное «угу»и сразу ныряю в подъезд.

Тринадцатая квартира находится на четвёртом этаже. Я не поднимаюсь туда, я взлетаю. Перепрыгиваю через ступени на одном дыхании с этим дурацким пакетом в руках.

Оказываюсь напротив квартиры с номером тринадцать с грохочущим в груди сердцем. Хочется сразу начать долбить кулаком в железную дверь.

Но сначала я прислушиваюсь. В прямом смысле прикладываю ухо к холодному металлическому полотну.