Никому о нас не говори (СИ)

— Мы приехали сюда поговорить с тобой, — отвечает Тим.

— Мы? — голос Полины становится непохожим на себя. Он садится почти до хрипоты.

А сама Полина бледнеет. Да и её глаза готовы из орбит вылезть.

— Мы — это я и Аня, — Тимур чеканит каждое слово.

И это «мы» заставляет внутри меня всё сжаться. Особенно когда я вижу, как у Полины раздуваются ноздри. Она же не кинется опять на меня?

— Но ведь это же просто развлечение, да? — Её растерянный взгляд бегает от Тима ко мне. — Пока ты её не трахнешь. Как обычно. Ты и раньше так делал…

Но стоит ей после этих слов посмотреть на меня — нервно натягивающую манжеты своей толстовки на пальцы, как Полина усмехается.

Правда, делает это очень демонстративно.

— А-а-а, ты уже её трахнул. Тогда почему она ещё рядом с тобой?

— Потому что тебя это не касается, — Тим просто ухмыляется на её вопрос.

И Полина как взрывается.

— Горин, ты из ума выжил?! — она орёт на всю парковку и с таким остервенением тычет в меня пальцем, что я невольно отступаю поближе к Тиму.

Второй раз драться с Петровой я не хочу. — А когда ты слил в группу моё видео, это всё тоже было из за неё?! И теперь решил со мной договариваться?! Хорошо! Давайте договариваться! Но раз Тимурчик извиняться не хочет, то извинись ты! — выплёвывает Полина в мою сторону, сверкнув бешеными глазами.

А вот такого предложения я не жду. И даже ничего подумать и ответить не успеваю, потому что слышу позади угрожающее шипение Тима:

— Аня, даже не думай…

Я оказываюсь словно между двух огней.

И это не Тим и Петрова. Это гордость, которую переступать не хочется, и крошечная надежда, что моё отчисление может и не случится… А что из этого для меня сейчас страшнее, я сама не знаю. Мои пальцы ещё сильнее сжимают манжеты толстовки и тянут их. Ноги становятся ватными, и горит лицо.

— Полин, — в своём же голосе я слышу дрожь, — я не хотела, чтобы всё так получилось… Но ты ведь сама меня спровоцировала.

— Не так. Я позвоню своим родителям, и тебя не отчислят. Но ты становишься на колени и просишь у меня прощения, — и она не просто говорит.

Она приказывает, указав взглядом на асфальт перед собой. — На колени.

Глава 45

Глава 45

Я молча хлопаю глазами. Слова Петровой будто оглушают. А она не моргая смотрит на меня. Если бы могла сжигать взглядом, то я бы давно лежала перед ней горсткой пепла.

— Ну же. Предлагаю один раз. Здесь и сейчас. Без лишних глаз и ушей, — Полина явно подначивает. — Только ты и я. Даже Тимурчика попросим отвернуться.