Никому о нас не говори (СИ)

Согласна?

Согласна ли укрыться в запахе Тимура, отжав у него вещь? От этой мысли куда-то к эпицентру моего живота проскальзывает что-то такое мучительно теплое.

— Да, — киваю уверенно, но добавляю: — Только в гардероб спуститься всё же придётся. В кармане пальто остался мой телефон. Надо забрать.

— Тогда встретимся у той лестницы, куда привел тебя воришка, когда я попросил украсть твою сумку.

Я снова согласно киваю, не прекращая улыбаться. Надо же... Совсем успела забыть, что было и такое. Но с места ни он, ни я всё ещё не двигаемся.

Я всё ещё осторожно глажу пальцами колючие короткие волоски на затылке Тима. Они как мягкие щетинки. Нет сил оторваться от этого забавного ощущения, жгущего подушечки моих пальцев. Как и нет сил оторвать взгляд первой.

Да и Тимур, похоже, не собирается этого делать. Его взгляд скользит по моему лицу. Мы ждём всего секунду, а потом оба в едином порыве рвёмся к губам друг друга. И снова поцелуй.

Тимур прижимает меня к себе уже с каким-то остервенением. Целует глубоко и гораздо развязнее, чем в первый раз. Его ладони мнут ткань моего платья на спине, талии… Внизу живота у меня сладко тянет, что хочется свести бёдра, по которым уже скользят руки Тима.

Это чувство непривычное. Новое и чертовски приятное. Но это приятное прерывается приближающимся хохотом и шагами по коридору.

Я и Тим одновременно дёргаемся друг от друга. Переглянувшись, оба, не сговариваясь, прячемся от света уличного фонаря за колонной.

Мы так и стоим, пока голоса и шаги не стихают. Прячемся как двое воришек. Это смешно и волнительно.

— Жду тебя на цокольном этаже у лестницы, — шепчет мне в волосы Тимур, когда в коридоре снова наступает тишина.

Я нехотя отстраняюсь, а Тим выпускает меня из объятий.

Оставшись одна в коридоре, я продолжаю стоять на месте. Просто смотрю прямо перед собой и глупо улыбаюсь. Во весь рот. Уголки моих губ зависают где-то возле ушей.

Так бывает, да? Ну чтобы вот так сердце от счастья галопом скакало? Чтобы за одну секунду из тоски вырваться куда-то в облака.

Разве мог Тимур меня поцеловать? Мог.