Нежные листья, ядовитые корни

Говорила себе, что это копошение насекомых, которое не должно интересовать свободную личность вроде меня.

Макар понял, что больше ничего дельного не выведает."

"– У вас были причины в школе ненавидеть Рогозину?

– У меня были причины ненавидеть всех людей, – усмехнулась Анна. – Во всяком случае, так я считала в шестнадцать лет. Мне представлялось, что мои одноклассники и я – это разные виды. И, поверьте, Светка ничем не отличалась от других.

Закрыв за сыщиками дверь, Анна Липецкая постояла, отрешенно постукивая пальцами по косяку и пытаясь вспомнить, не проговорилась ли она где-нибудь.

«От них можно ожидать бед?»

Этот парень, Илюшин… Он куда проницательнее своего напарника. Как быстро догадался про ребенка – Анне даже стало не по себе. Она и в самом деле, когда Лерка родилась, страшно боялась, что девочка будет похожа на нее. Вторую Аномалию Липецкая не перенесла бы.

Увидев новорожденную, Анна заплакала от счастья. «На мужа! – рыдала она перед изумленными акушерками. – Она похожа на мужа!» Те, бедные, не могли взять в толк, отчего роженица заливается слезами радости. «Ты, милая, вроде как и сама не уродина! – осторожно успокоила одна. – Что ж за муж-то у тебя такой, Ален Делон, что ли?» Когда Илья пришел на выписку, весь персонал собрался поглазеть на него.

Но для Анны это не имело значения. Она готова была любить в своей дочери кого угодно, кроме продолжения самой себя.

«Вот и ответ. Да, сыщик опасен, если так быстро тебя раскусил».

О чем еще он спрашивал? Ах да, не было ли у нее причин ненавидеть Рогозину!

Женщина начала смеяться. Она хохотала, запрокинув голову, выкрикивая сквозь смех:

– Не было… причин! Ах-ха-ха! Ни одной… ха-ха! причины!

Из глаз брызнули слезы.

Шею словно ошпарило. Холодные струйки просочились под рубашку и заструились по спине. Но припадок пошел на спад.

Негромкие истерические смешки еще срывались с ее губ.