Невыносимое одиночество

Господин Вильфред, которому принадлежали эти доспехи, пал при Танненберге, а его жена, прекрасная Магда, скрывалась здесь. Она отчаянно защищала дом от всех атак извне, потому что после распада рыцарского ордена их собственность подлежала конфискации. Но ей и ее людям удалось выдержать натиск, и, удовлетворившись тем, что дом в безопасности, она испустила последний вздох, скорбя по своему усопшему супругу.

Микаел сдвинул брови.

— Я всегда сомневался в том, что человек может умереть от тоски. Человек не может лечь и умереть, просто захотев этого.

Биргитта засмеялась.

— Похоже, Вы время от времени хотите этого — хотите умереть!

— Да, — изумленно произнес Микаел, — у меня это бывает. Но не… Но не теперь! Не теперь! — весело повторил он.

Попрощавшись, он пообещал придти. Бодрым шагом он направился в казарму, и если бы даже само небо исходило плачем, Микаел Линд из рода Людей Льда не услышал бы этого! На этот раз не услышал бы…

4

Микаел не смог ждать до следующего дня. В снежно-голубых сумерках он незаметно вышел из казармы и направился через городок в сторону имения.

"Перед ним расстилалась темная, притихшая равнина. Имение было окружено бескрайней пустошью, совершенно плоской, сливающейся с небом. Узкая полоска земли и тяжелое небо с серо-лиловыми облаками. Справа от имения простирался на восток до самых болот, березовый лес. В этих местах росло несметное количество высоких, стройных берез. Он знал, что где-то неподалеку находится огромное Чудское озеро, на самой границе с Россией.

Он вздрогнул, услышав рядом с собой голос:

— Значит, Вы тоже гуляете по вечерам, молодой человек?

Это был тихий, приятный голос, и он принадлежал даме, одетой в черное, которую он видел уже несколько раз.

— Извините, сударыня, — кланяясь, сказал он, — просто невозможно уйти от этого имения, оно такое красивое.

Она не без злорадства усмехнулась, словно понимая, от чего невозможно уйти — от имения или от Биргитты. Но ничего не сказала.

— Да, здесь красиво, — произнесла она мягким, чуть гортанным голосом. — Мне всегда здесь нравилось. И теперь над этим местом нависла опасность.

— Швеция сделает все, чтобы защитить своих подданных, Ваша Милость.

В ее прекрасных, хотя и не совсем юных глазах появилось мечтательное выражение.