Невыносимое одиночество

Эта было во время его длительного пребывания дома, как раз перед отправкой на войну в Данию. Они были в Стокгольме, на рынке Корнхамн, и он прокладывал дорогу для них обоих в толпе покупателей и продавцов, На миг она потеряла его из виду и сразу почувствовала себя одинокой и беспомощной. Но он вернулся к ней со спокойной, дружеской улыбкой, и у нее появилось ощущение безопасности и глубокой радости. У нее был такой сильный муж, на которого можно было положиться! Сердце ее забилось, когда она увидела его.

Но она не решалась рассказать ему об этом.

«О, Микаел, почему твоя человеческая любовь не стала для меня путеводной звездой? Вместо недоверия и презрения к людям, которым научила меня мать…»

В Гростенсхольме оставили служанок присматривать за Микаелом, все же остальные участвовали в похоронах. Микаел уже настолько пришел в себя, что мог принимать жидкую пищу.

Но как слаб он был!

Когда все вернулись, чтобы начать поминки, Анетта вошла в его комнату и поблагодарила девушку.

— Микаел, — взволнованно прошептала она, — я с тобой. Навсегда!

И в этот вечер он открыл глаза и взглянул на нее.

Ей хотелось поделиться своей радостью с остальными, но она продолжала сидеть, держа его руку в своей.

Микаел попытался ей что-то сказать.

— Анетта, — еле слышно прошептал он, — ты… приехала… за Домиником?

— Нет, Микаел, нет! — горячо воскликнула она.

— Значит… это правда, то, что я… слышал… Значит, это не сон.

Это было все, что он был способен сказать в тот раз. И когда он закрыл глаза, на губах его была улыбка.

Анетта наклонилась и поцеловала его — осторожно, словно она делала что-то запретное. Но потом снова поцеловала его — тихо, с любовью. Улыбка на его губах стала шире.

На следующий день Анетта забрала к себе сына.

— Папа будет жить, — прошептала она, крепко обнимая его.

— Вы рады этому, мама? — серьезно спросил Доминик.

— Конечно же, рада, ты же знаешь!

— Нет, я этого не знаю, — тихо ответил мальчик. — И папа тоже об этом не знает.

Анетта почувствовала угрызения совести. Значит, оба они наблюдали за ней все это время, высматривая признаки того, что она не равнодушна к своему мужу. Тогда как она…

Какой же у нее понятливый мальчик!

— Теперь папа знает об этом. Мы должны быть к нему внимательны, Доминик.