Невыносимое одиночество

— Не считаете ли вы… что Доминик…

— Нет, — сказала Сесилия, — и Виллему, и Никлас тоже. Мы не можем понять, в чем дело. Но у меня есть своя маленькая теория на этот счет.

— У многих в нашем роду это было, — сказала Лив. — Ты уже слышал, что в каждом поколении рождается один с такими свойствами. С Габриэллой и Калебом случилось несчастье: у них родился «меченый» ребенок, но он умер при рождении.

Она замолчала.

Аре, лежавший на диване, произнес:

— Мы с Лив держали это в тайне много лет. Но теперь, мне кажется, следует сказать всю правду, теперь это важно.

— Я тоже так думаю, — согласилась Лив. — Скажи, Аре!

— Ребенок не умер при рождении, Габриэлла. Хотя это и был не совсем здоровый ребенок. Он был недоношенным, дыхание у него еще не наладилось. Мы могли бы, возможно, его спасти в результате длительной и тяжелой работы. Но мы этого не сделали. Мы не убивали его, но и не спасали его жизнь: мы не предпринимали абсолютно ничего! Ведь мы видели, что получилось из Колгрима. А с этой маленькой девочкой дело обстояло хуже, чем с Колгримом.

Все замолчали. Габриэлла посмотрела на Калеба, он кивнул.

— Вы поступили правильно, бабушка и дядя Аре, — выдавила из себя Габриэлла. — Спасибо!

— Для меня было облегчением услышать это, — сказала Лив. — Поверь, это было испытанием для меня и для Аре.

— Но тогда моя теория еще больше подтверждается! — воскликнула Сесилия.

— Да, — сказала Лив. — Если твоя теория та же самая, что и моя.

— Давай-ка послушаем!

— Хорошо, — охотно согласилась Сесилия. — Рождается «меченый» ребенок, но ему не дают выжить.

— Это звучит дико, — сказал Андреас, — хотя в этом что-то есть.

— Но я не думаю, что кто-то из этих троих злой, — сказала Ирья.

— Мы тоже так не думаем, — согласилась Лив. — Злым был первый ребенок, это было совершенно ясно, вы сами бы это поняли, если бы видели Ханну! Девочка была просто вылитая Ханна! Нет, наши малыши унаследовали другие свойства.

— Каким образом? — спросил Микаел.

— Я отвечу на твой вопрос, — сказал Маттиас. — Как тебе известно, у меня хранится магическое наследство Людей Льда: лечебные травы, колдовские средства, рецепты. Мой долг — найти наследника всего этого, когда придет время. И нет ничего легче сделать это. Все это достанется Никласу, сыну Андреаса.