Незапертая дверь

Ирина Савенич в беседе с Коротковым сказала, что, когда Яна сегодня утром вернулась, Руслан порхал над ней, аки орлица над орленком, а она зажималась и отодвигалась. Савенич расценила это как моральную черствость Нильской и высказала предположение, что Яна не так уж сильно любит своего мужа, раз не захотела немедленно поделиться с ним подробностями случившегося. А у меня тут возникло другое ощущение. Может быть, произошло что-то такое, из чего Яна догадалась, что Руслан Андреевич причастен к преступлению. Поэтому и отстраняется от него, и откровенничать не хочет.

Она мечется и не понимает, может она доверять собственному мужу или нет. Как версия?

- Славненькая, - усмехнулся Борис Витальевич. - Разбрасываешься, Анастасия. Тебе ведено было заниматься фигурой Андрея Константиновича Ганелина и возможностью его причастности к преступлению с целью срыва съемок сериала. А тебя куда занесло? Твой новый шеф тебя по головке-то не погладит.

- Да ладно, - она небрежно махнула рукой, - прорвемся. Можно ведь модифицировать ситуацию в нужном направлении.

Яна Нильская - любовница Ганелина, она вступила с ним в сговор, поэтому ей похитители не причинили никакого вреда. В таком случае все ее показания яйца выеденного не стоят, они все лживые от первого и до последнего слова. Или же она не в сговоре, но Ганелин, как идеолог и организатор преступления, дал команду Яну не трогать, подержать несколько дней и выпустить, а все это похищение выдумано для отвода наших с вами глаз. Яна опять-таки из чего-то сделала вывод, что Ганелин причастен, и теперь мучается, потому что Ганелин - муж режиссера, от него зависит, во-первых, финансирование проекта, а во-вторых, хорошее отношение Вороновой к Руслану и их плодотворное сотрудничество. Яна не может сообразить, как ей себя вести, чтобы не навредить мужу, потому и зажалась. Не исключено, между прочим, что ее показания начисто лишены полезной информации именно поэтому. Она пока не может решить, о чем нужно говорить, а о чем не нужно, поэтому предпочитает не говорить вообще ничего. Не видела, не слышала, глаза завязаны, охранники в масках, окна заклеены.

- Дельно, - согласился Гмыря. - Значит, так, дорогуша моя. Зарубину передай, пусть начинает отрабатывать все связи Яны Геннадьевны Нильской по месту жительства и возможные выходы на Москву. Я запрос официальный направлю в Кемерово, а мелкий твой пусть садится на телефон и дергает кемеровчан за нервные окончания.

- Лучше бы лично, Борис Витальевич, - просительно заныла Настя.