Незапертая дверь

Оказывается, Вячеслав Михайлович способен на поступок. Настя почувствовала, что в ее душе появилось даже что-то вроде уважения к начальнику. Может, он и в самом деле не так уж плох?

* * *

Сергей Зарубин уже второй час сидел на лавочке в скверике напротив дома, где живут Руслан и Яна Нильские. Ему нужно было задать Руслану несколько вопросов, но мать Яны сказала, что дочь с зятем ушли куда-то по делам и когда вернутся - неизвестно, но не позже восьми часов, это точно, потому что Яночка всегда сама укладывает девочек спать.

Однако миновало и восемь, и половина девятого, а Нильских все не было. Пропустить их Сергей не мог - он глаз с подъезда не сводит.

Сидя на лавочке, молодой оперативник предавался приятной возможности посидеть, вытянув ноги, никуда не бежать и ни с кем не разговаривать. В сыщицкой жизни нечасто выпадают такие славные моменты, особенно когда погода теплая и лицо овевает слабый свежий ветерок.

Сегодня с утра ему удалось наконец встретиться с человеком, который знает о кузбасских группировках даже то, чего они сами о себе не знают.

Нельзя сказать, чтобы человек, обладающий столь всеобъемлющими знаниями, охотно пошел на контакт с московским сыщиком, потребовалось немало времени и усилий, чтобы уговорить его на эту встречу. Но он наконец дал согласие и сегодня порассказал Зарубину немало интересного.

Первое и основное: группировка Богомольца пару лет назад пережила серьезный раскол по, так сказать, идеологическим мотивам.

Сам Богомолец человек патологически подозрительный и выше всего ценящий личную преданность и корпоративную лояльность. Он никогда не шел ни на какие сделки и компромиссы с ментами, предпочитая отдавать людей и отрезать их, как ломоть хлеба, от своей команды, но не допускать создания условий, при которых может случиться утечка информации. Из этих же соображений Богомолец был и ярым противником подкупа милиционеров и вербовки их в свои ряды, вполне справедливо полагая, что человек, продавшийся единожды, может впоследствии делать это сколь угодно много раз, и, доверившись купленному менту, никогда не можешь считать себя застрахованным от предательства с его стороны. Именно поэтому все проводимые Богомольцем операции характеризуются грубостью, жестокостью и прямолинейностью, ибо для тонкой и аккуратной работы требуется помощь все тех же ментов, от сотрудничества с которыми он истово открещивался.