Невинность в жертву

Надеюсь, когда сестра выйдет замуж, нас пригласят в гости в столь роскошное поместье. Мечтаю увидеть конюшню и прокатится на породистом скакуне. Один конь Айдарова стоит как весь наш автопарк.

Жаль у нас нет доступа к интернету, чтобы посмотреть фото господина Айдарова. Мать не разрешает нам пользоваться телефонами, особенно социальными сетями. Она считает, что интернет зло. Помойная яма, дьявольское изобретение, целью которого является совращение людей, особенно девушек. Сколько же там грязи… Невозможно описать словами.

— Если так нравится, сама за него замуж иди, — фыркает сестра, скрестив руки на груди.

Я уныло вздыхаю, качая головой.

— Не могу, ты же знаешь. Мать сама за нас всё решила. У нас нет выбора. Мне очень жаль, сестричка.

Да, вот такая нас ждёт нелёгкая участь — брак по договору.

Отец умер несколько месяцев назад от инфаркта. Вскоре выяснилось, что отец погряз в долгах. Он подставил многих людей, а нам, как единственным родственникам, придётся расплачиваться за его грехи.

К нам уже приходили страшные люди. Месяц назад. Они ворвались в дом, угрожая пистолетами, и даже убили Мухтара — нашего любимого питомца, немецкую овчарку.

Я три дня плакала. Он как настоящий, преданный пес, бросился на защиту, но один из подонков выстрелил.

Больно. Сердце в клочья. Мой лучший друг умер на моих руках, истекая кровью. А потом ублюдок в черной одежде направил пистолет на меня и сказал, обратившись к маме:

“Если через два месяца ты не вернешь долг, твоя дочь будет следующей.

Никогда не слышала таких грубых слов. Даже не поняла, что они означают. Лицо главаря было скрыто под трикотажной “шапкой” с прорезями для глаз. Он был злейшим врагом отца.

Мерзавец так сильно напугал маму, что она потеряла сознание и четыре дня ходила никакая. Ничего не ела, только плакала. Сестра была точь-в-точь такой же — полуживой мумией.

Рядом не было никого, кто бы смог нас защитить. Разорившись, мама уволила всех. Повара, прислугу, охранников, дворецкого. Мы остались совершенно одни и были вынуждены бороться за жизнь.

Мы не жили, а выживали.