Невинность в жертву

— Проси, что хочешь, — я ставлю свою роспись в нужном месте, а Эля свою, мы возвращаем бумаги нотариусу. Вот и всё. Дело почти сделано.

Она замаялась. Так и не поднимала на меня глаза, держалась холодно и отстраненно. Не узнать её вообще! Потухла девочка, гаснет день за днём…

— Послушай, Эля! — я хватаю её за запястье, а она вдруг как кошка шипит и выдергивает руку.

— Не прикасайся! Нет! Вдруг ты от меня зара…

Глотает всхлип, а я не успеваю договорить. Вскакивает с места и бежит прочь из кабинета. Мне становится не по себе, я весь пропотел до нитки.

* * *Мы быстро всё оформили, но Мии я пока не говорил об этом.

Понятное дело, что я дорожил больше Мией, чем Элей, но всё равно жаль девчонку, она ведь такая молодая.

После развода я принял решение отправить Элю за границу. Надолго! Нужно как следует об этом позаботиться и найти грамотных врачей. К своим больше доверия нет.

Сажусь в машину в ужасном настроении. Думаю больше о Мии, ведь она расстроится и будет горько плакать, когда узнает правду.

Я переживаю за сына. Как её уберечь от этого? Нужно что-то придумать. Может быть просто сказать, что Эля опять отправляется в санаторий? Или в другую клинику, только уже за границей.

Пока я раздумывал над планом, раздалась мелодия входящего вызова. Увидел на экране номер Григория. Внутренности сжало как под прессом. Я ещё не ответил на звонок, а уже понял, что что-то нехорошее случилось.

— Господин, господин! — Григорий хрипло и прерывисто дышал в трубку.

— Что такое! — мышцы в теле стали как железо, а перед глазами замелькали мелкие, чёрные пятна.

Неужели предчувствие меня не обмануло?

— Вы в порядке! Где вы сейчас?!

— Как это где? Возвращаюсь из клиники, а что?

— Я думал… Пиздец… я думал…

Да что происходит?!

— Значит так, или соберись и скажи это сейчас, или не визжи как баба!

Воцаряется кратковременная пауза.

Григорий, набрав воздуха, сражает меня наповал следующей фразой.

— Эля погибла.

— Что? Ты о чем?!

— Взяла вашу машину и… сорвалась с обрыва.

На минуту я выпал из реальности, погрузившись в какой-то мутный, душный кокон, представив, что там, в машине, могла быть не Эля, а… Мия.

* * *— Твою мать! Мия-я-я! — я обмер и закричал во всё горло, испугав водителя, который дал по тормозам, прижавшись к обочине.

Мне стало по-настоящему страшно и больно.