Невинность в жертву

Я мгновенно вспоминаю то, как он принес девушку на себе к нам за помощью, спасая её от гибели.

— Что со мной будет, Рустам? Когда ребенок родится? Ваш… ребенок, — неожиданно, как-то горько спрашивает она меня.

Молчу.

Я и сам не знаю.

Я в очередной раз понимаю, что мои чувства к Эле остывают… Да и если честно, не было их у меня к ней никогда. Я просто хотел себе красивую куклу рядом, чтобы она родила мне красивых наследников и чтобы окружающие меня люди завидовали мне и моей молодой, красивой жене.

Она резко обернулась и посмотрела на меня такими грустными, замученными глазами, что меня это тронуло. Задело. Впервые со мной такое… Эта несчастная девочка так несчастна! Я впервые сломался. Прежде — никогда. Всегда был сдержанным, ледяным, неуязвимым к любым эмоциям. Но, как оказалось, даже у такого железного робота есть душа. И она ожила, начала что-то чувствовать рядом с Мией — чудом, подаренным мне судьбой.

Мия права. Отослать Элю сейчас, развестись будет бесчеловечно.

Возможно, мне стоит поискать для Эли более лучший вариант? Найти того, кто сможет дать ей то, чего не могу дать я? Потому что у меня нет к ней чувств и я не могу заставлять себя быть с ней насильно.

У меня много хороших друзей… Я сразу же вспомнил Артура Рязанова. Он всегда и так нагло смотрел на Элю. Не на Мию, а на Элю почему-то. Может и он ей также сильно понравится, как она ему? Артур Рязанов прекрасный человек.

— Слишком рано наперед забегаешь! Сначала я хочу разобраться с твоим здоровьем! После поговорим."

"Зло какое-то вдруг ни с того, ни с сего накатило и я, разжав ладонь Эли, развернулся. Вышел из комнаты.

Немного позже решил отправиться в клинику, в которой наблюдают жену, и устроить там отменную взбучку.

* * *— Вы что издеваетесь?! Уже больше восьми месяцев прошло, вы так и не поставили точный диагноз?! Никаких улучшений! Вы что по объявлению в клинику устроились! Мне рекомендовали вас как самого лучшего специалиста в стране! Почему ни черта нет улучшений?! И она страдает?!

Я врываюсь в кабинет лечащего врача Эли и едва на полном серьёзе не устареваю там погром.