Невинность в жертву

Завтра вечером ты исчезнет. Надеюсь, что навсегда. Я даю тебе ровно сутки, чтобы ты исчезла из города. Куда хочешь! Это твои проблемы. Если не выполнишь мой приказ, клянусь, тебя ждёт та же участь, что и… Ярослава.

На этих словах Рустам развернулся и направился к лестнице, когда на втором этаже раздался плач малыша. Наш сыночек проснулся. У Рустама на его крик всегда срабатывает инстинкт и он, бросив все, даже самые важные дела, спешно бросается к малышу.

— О, неужели это мой внук! — мать заулыбалась.

— Нет мама, нет… — качаю головой. — Мы больше не семья. Я не могу простить тебе того, что ты сделала. Эли… Эли больше нет. А ты даже на похороны ее не приехала! И вообще ни разу на могиле была!

— Была! — сплевывает она, пошатываясь. — Конечно была!

Мне кажется мать пьет. Пьет и не просыхает. От нее разит алкоголем. И она снова врёт. Тонет в своей гнилой лжи. Каждое её слово — ложь!

— Правда?! Была? Тогда скажи, где ее могила? Адрес назови.

Она называет от балды.

— Не угадала, — я издаю истерический смешок, обхватив себя руками. — Опять ты врешь! Хоть бы постыдилась врать хотя бы об этом!

Глаза начинает жечь от наворачивающихся слёз.

— Эля умерла такой молодой! Ради денег и статуса ты разрушила наши жизни. И ты даже не поздравила меня с рождением сына!

— Я… я… — пытается как-то оправдаться, пряча глаза, — я заболела. Очень сильно б-больна…

Я почти разрыдалась. Внутри меня воюют две противоположности. Всё же она моя мама… И она не всегда была такой.

Развернувшись, я пошла вслед за Рустамом, решительно завершив наш диалог на недосказанной ноте.

* * *Я послала вниз прислугу, чтобы они помогли матери привести себя в порядок. Больше у меня не было желания её видеть, тем более с ней разговаривать, слушая её бредни.

Маме оказалось плевать на своих дочерей, мужа, дом.

А я хочу навсегда забыть о прошлом. Она — чистое его напоминание.

Спустя несколько часов, я слышу плач моего зайки, быстро бегу в детскую. Там темно, но у колыбели кто-то стоит. Включаю торшер и пугаюсь от того образа, который увидела.

Чудовище…

Что-то, похожее на мою мать нависает над кроваткой Эмирчика.

— Мама?

Направляюсь к ней.