Невеста Темного принца

"

"Это было рискованно, но я все-таки убрал руку с ее бедра: не мог отказать себе в удовольствии распустить волосы Наны. Она не сразу сообразила, что я почти мгновенно выудил шпильки из замысловатой прически, но когда очнулась, то снова попыталась меня укусить. И почти смогла, но я все равно был быстрее. Наверное, с моей стороны было слишком жестоко так с ней поступать: заставлять злиться, потому что именно с этой чертовой девчонкой мне хотелось чего-то… дикого. И чем больше Нана «велась» на мои провокации, тем больше в итоге заводился я сам.

Хотя куда уж больше – скоро трусы на хрен лопнут, вместе со штанами. И только две вещи удерживали меня от того, чтобы не заняться с ней сексом прямо сейчас: ее девственность и необходимость переться на сраный примем. Хотя, конечно, если бы не существовало номера один, я бы болт забил на старика Шушкина и его именины. Потому что – даже не сомневаюсь! – ночь с Наной стоила куда больше, чем его недовольное ворчание в ответ на мой игнор круглой даты.

Лишать девушку невинности среди самых дорогих камней мира – это, конечно, неплохая идея.

Если бы не одно «но» - мы все еще были в треклятом магазине, и витрина явно не то место, где бы Нана смогла нормально расслабиться.

— Скажи, что тебе не нравится то, что я делаю – и я перестану, - «великодушно» предложил я, продолжая поглаживать ее клитор. Какая же она стала охренительно влажная, просто до одури. Держись, мужик, если ты сейчас вставишь в нее хотя бы палец – никакого кайфа не будет. – Это ведь так просто.

Проще разве что назвать меня хозяином и перестать корчить из себя зубастую фиалку.

Клянусь, что она скрипнула зубами! Посмотрела на меня так, будто я сказал что-то за гранью всех норм приличия – и вдруг рванула запястья в сторону. Нитка, на которую были нанизаны «лунные слезы», разорвалась, и искристые осколки рассыпались по бархату витрины, утонули в ее медовых волосах.

И это было… прекрасно.

Шпилька, румяная от злости, с припухшими искусанными губами, влажная и пахнущая медовым сексом, голубоватый тусклый свет – и искры кристаллов в ее волосах.

Ярче них были разве что глаза Наны: серебристые, дикие, убивающие на хрен.

Уверен, что мое сердце на миг замерло.

А через секунду рвануло галопом, потому что Шпилька вдруг схватила меня за лацканы пиджака, потянула на себя и со злостью вцепилась зубами в мою шею. Так сильно, что я от души выругался и схватил ее за волосы, буквально отдирая от себя, словно какую-то вампиршу.