Невеста Темного принца

– Конечно, в качестве личной помощницы мои… ммм… физические данные не особо важны. Полагаю, если Р’рану требуется пустоголовое тело, он знает, где искать. В перечень моих служебных обязанностей это не входит.

Соня несколько долгих секунд искала подходящий ответ, но, в конце концов, фыркнула и направилась в сторону вешалок. Пока она нервно, явно не глядя, перебирала платья, Лиза придвинулась ко мне.

— Как ты разнюхала, что они с Р’раном… ну, встречались?

— Спали, ты хотела сказать?

— Спали, трахались, зажигали – не все ли равно? Как ты узнала? Р’ран просил меня замести следы, потому что не собирался выносить эту интрижку на люди, и я была уверена, что сделала все идеально!

Мне было почти жаль ее разочаровывать, но пришлось.

— Р’ран будет очень недоволен, что это всплыло наружу, - пробормотала Лиза.

Чтобы не расстраивать ее еще больше, я поспешила сказать, что все мои слвоа – лишь мимолетная догадка, ничего больше. К тому же она ведь все равно увольняется, наверняка эта правда уже никак не усложнит ей жизнь.

— Прошу прощения, госпожа Шукшина, но это платье было всего в двух размерах, - услышала я дрожащий голос хозяйки «Люкса», когда Соня сняла с вешалки длинное кремовое платье с оголенной спиной. – Вашего размера нет.

Я триумфально улыбнулась: точно такое же платье лежало в одном из множества пакетов, которые внушительной горкой стояли у двери.

Соня нетерпеливо передернула плечами, прошла глубже в зал – и в это время наше уединение разбавило появление моего нового босса. Надо же, а я уже решила, что он, вопреки обещанию, передумал к нам присоединяться. Но что было куда хуже, вслед за Р’раном в салоне появился Лэрс. Почему я не удивлена? Прибежал проведать любимую невесту? Боги, Лэрс, ты же никогда не был таким бестолковым? Или… был?

Я тряхнула головой, выколачивая ненужные мысли.

— День перестает быть томным, - шепотом сказала Лиза.

Р’рану потребовалась секунда, чтобы оценить обстановку, а потом он придвинулся ко мне и вручил бутылочку с лимонным соком. Я пробормотала невнятное «спасибо» и в один присест опустошила ее почти наполовину.