Невеста Темного принца

Пока она уверенно орудовала проклятой полоской ткани, я без зазрения совести пытался заглянуть в целомудренный вырез ее блузки, прикрытый не менее целомудренным воротом пиджака. Зачем? Да просто так. Потому что не привык отказывать себя ни в чем, тем более – в ничего не значащей блажи.

— В таком случае я прошу добавить в договор пункт о выплате мне финансового вознаграждения в случае увольнения в одностороннем порядке и без моего согласия, - сказала она. Сделала шаг назад, придирчиво оценивая проделанную работу – и осталась довольна.

— Список корпораций, куда ты не можешь пойти, включает чуть больше десятка наименований, Нана, ты явно преувеличиваешь.

Хотя мне понравилось, что она не сдается и пытается выторговать равноценные условия.

— Я – первоклассный специалист, и я не буду разменивать свои таланты на работу в третьесортной конторке.

— Тем не менее, ты успешно занималась этим всю прошлую неделю. – И в ответ на ее рассерженный взгляд хмыкнул: - Не ты одна умеешь рыть и выкапывать, Шпилька. Разница между нами лишь в том, что у меня есть целый штат людей, готовых бесконечно долго копаться в чужом грязном белье, а тебе, моя хорошая, пришлось угробить на это… сколько? День? Два?

— Два. И я настаиваю на добавлении пункта.

— Хорошо, Шпилька, - не стал сопротивляться я, потому что был почти уверен в способности Наны заставить мягкотелого Лэрса разорвать помолвку и сделать ей предложение.

Я не без удовольствия наблюдал, как рот Шпильки медленно и неумолимо приобретает форму буквы «О». Между прочим, то еще… гммм… пикантное зрелище.

Прежде чем понял, что делаю, я сжал пальцами подбородок Шпильки и медленно, наслаждаясь приятной мягкостью кожи, погладил большим пальцем ее нижнюю губу. Она даже выдохнула.

— Просто чтобы ты была уверена, что я готов довести сделку до конца, Шпилька.

— Я тебе не шпилька, - огрызнулась она и попыталась высвободиться, но я держал крепко. – Пожалуй, следует настоять на пункте о сексуальном домогательстве.

— О да, обязательно, - плотоядно улыбнулся я. – Чтобы у тебя не было искушения лезть ко мне в штаны.

— Не льсти себе, Р’ран.