Невеста-обманщица

Так что сейчас речь идет о вашем спасении. Поэтому оденьтесь, и двинемся. Я отвезу вас и вашу бабушку в Англию.

— В Англию, — протянула она удивленно, — но мы не говорим по-английски.

— Это неважно. В Англии многие владеют французским языком, и вы скоро научитесь. Джордж проводит там большую часть времени, и я думаю, что он лично займется вашим образованием.

— Но…

— Больше я ничего не могу сказать. Джордж хочет, чтобы я привез вас в Лондон. Там вы будете в безопасности, ожидая, пока он приедет за вами.

Она подняла к нему сияющее лицо и просто ответила:

— Да.

— Вот и хорошо. А теперь слушайте, что нам нужно сделать.

Ее взгляд светился восхищением и обожанием. Обычно так смотрят на икону, с неудовольствием отметил Дуглас. Интересно, почему большинство людей, с которыми он сталкивается, и в особенности женщины, считают его чуть ли не Святым Георгием? Это его и злило, и забавляло одновременно.

Глядя на ее доверчиво поднятое к нему лицо, он вдруг подумал: “А ведь она уже забыла Кадоудэла. Не будь я уже женат, можно было бы…” Но перспектива возвращения в Англию с обезумевшей от страсти женщиной его не привлекала.

— Вы готовы?"

"Через пять минут они покинули здание мэрии.

Глава 6

Нортклифф-холл, пять дней спустя

Дуглас открыл дверь библиотеки, увидел своего кузена за маленьким столом с зажженной свечой и, широко улыбаясь, вошел в комнату.

— Тони! Боже, как я рад снова быть дома и видеть тебя.

— Дуглас, — Тони поднялся. Он подошел к кузену и пожал ему руку. — Насколько я понимаю, твоя миссия прошла успешно?

— Более чем благодаря Господу Богу и одному тупому генералу, который думал, что сможет перехитрить меня. О, твой домашний халат очень элегантен, но когда ты делаешь резкие движения, он открывает твои волосатые ноги. — Он облокотился на подоконник — Предлагаю выпить отличного французского коньяка.

— Спасибо, Дуглас, но мне не хочется пить. Дуглас налил себе коньяка и залпом выпил его, чувствуя, как тепло разливается по телу.

— Холлис сказал, что тебе нужно поговорить со мной, и это так важно, что не может подождать до завтрашнего утра. Мне даже на секунду показалось, что он вот-вот заплачет, но это, конечно, ерунда.