Невеста для миллионера

Ванная комната выглядела не менее шикарно, нежели кабинет. Безупречно чистый фаянс, душевая кабина из дымчатого стекла, стопка чистых полотенец, пушистый халат и мягкие тапочки. Здесь и правда можно жить! Я сняла очки, повернула смеситель, чтобы сделать воду холодной, и прижала ледяные руки к щекам.

Раковина была утоплена в столешницу, а над ней во всю стену простиралось огромное зеркало. Проморгавшись, я уставилась в него, будто увидела себя впервые.

Глаза сверкали так, что я едва не ослепла. Щеки горели, а губы припухли от поцелуев, Громов не соврал.

Правда, я не понимала, что он во мне нашел… Критически осмотрела себя, задержавшись взглядом на легкомысленном платье, которое никак не вписывалось в интерьер моего нового кабинета. Да, Лазарева, пора тебе задуматься о подходящем гардеробе! И не только о нем…

Вытерлась бумажным полотенцем и вернулась в кабинет. Решено, себя надо менять. Не стоит позорить Алекса своим внешним видом, который ну никак не соответствует новой должности. Даже если я эту должность банально выиграла.

Возьму Ксюшу в охапку – она будет счастлива, займу у нее денег – и вперед, преображаться! Отбор это выиграть не позволит, осталось всего два дня, но работа начинается, в том числе, с правильного настроя. А в своих мешковатых джинсах, нелепых футболках и с дурацким хвостиком я буду чувствовать себя неуютно. Еще бы очки поменять, но приличные оправы совсем недешевы…"

"Сердце испуганно забилось, когда я поняла, что в ближайшие дни Алекс выберет свою невесту. Даже думать не хотелось, как я это переживу.

Но можно утешить себя двумя плюсами. Первый – это работа. Уйду в нее с головой, и не будет времени размышлять о том, как Алекс целует кого-то еще и планирует свадьбу. Второй – ""Ясный взгляд"" – не просто холдинг, а настоящая империя, и вероятность повстречаться с самым главным начальником почти равна нулю. Он бы никогда не стал тем, кем стал, если бы его бизнес работал неслаженно, и он ежедневно лично обходил все отделы.

А свои чувства можно похоронить так глубоко, что их никто не найдет.

Да, Лазарева, давно стоило признать, что они существуют. Хотя и не имеют на это права…

Я вернулась в кабинет и решительно направилась к пресловутой красной папке. До обеда не так много времени, и тратить его на ненужные переживания – верх расточительности.

Однако мои намерения прервали шаги за дверью, и чей-то негромкий мужской голос произнес:

– Проходите сюда, кабинет несколько месяцев пустует, и нам никто не сможет помешать.