Невероятная очевидность чуда

– Отлично, – приняла его отсрочку Ева, – я как раз закончу собираться.

Проснулась Ева сегодня поздновато, около десяти часов, чего не позволяла себе уже очень долгие годы. И это было круто – спать столько, сколько спится, без будильника, постоянной побудки и вскакивания в рань-полрань. Красота!

Еще большая красота поджидала выхода Евы Валерьевны из дома – где и поприветствовала ее дивным утром, в котором трава вокруг сияла каплями растаявшего инея, искрившимися под щедрым солнцем, раскинувшимся во всю небесную ширь, чудным образом разогнавшим даже мало-мальские тучки с неба.

Такой замечательный, редкий денек для позднего ноября – чудо просто!

Одним словом, настроение ее пело, и день отлично начался. Завтракала Ева одна, Пал Андреич бродил по участку и что-то там высматривал, она видела его из окна кухни. Ну и бог в помощь, а у нее сегодня намечены конкретные дела.

Первым из которых стало посещение председателя поселка и его жены. Иван Леонидович и Елена Игоревна Еве необычайно обрадовались, расчувствовались от небольших подарочков, что она им вручила, и, как обычно, тут же усадили за стол чаевничать для неспешного разговора.

Чай они попили, обсудили дела текущие, Ева приняла искреннее соболезнование от супругов Поповых по поводу смерти мамы, беседа покатила дальше своим ходом, и Иван Леонидович спросил:

– А что твой гость, Ева Валерьевна?

– Да ничего, – пожала она плечами. – Ходит на рыбалку, в мастерской дедовой с удовольствием возится. Отдыхает человек.

– Ну и хорошо, – покивал председатель.

– А денек-то сегодня какой, – заметила восхищенно Елена Игоревна, посмотрев в окошко, – редкостный. Чтобы в это время, да такое солнце крепкое сияло. Рыбалка, наверное, знатная сегодня. А уж как хорошо сейчас на Костюшку подняться-то.

И на этих словах милой хозяйки Еву осенило идеей.

Ну а раз осенило – будем воплощать!

Ева заканчивала сборы последним штрихом в виде льняного кухонного полотенца, которым она накрыла сложенные для пикника в большой плоской корзине продукты, и взялась за ее ручку, когда в кухню вошел Орловский.

– У нас намечена благотворительная акция для местных жителей? – удивленно посмотрел он на корзину, стоявшую на столе.

– Нет, – отклонила его версию Ева и разъяснила: – У нас с вами, Пал Андреич, намечен пикник.

– Пикни-ик? – подивился Орловский, в два шага оказавшись возле девушки и, мягко сняв ее ладошку с плетеной ручки, подхватил корзину, пояснив для проформы: – Позвольте мне.