Невероятная очевидность чуда

Мужчины переглянулись, посовещавшись невербально, и Орловский озвучил их предпочтения:

– Клюковки будет вполне достаточно."

"– Ну да, экзотику садоводческую в следующий раз как-нибудь попробуем, – согласился подполковник.

Когда они, разлив по маленьким хрустальным рюмочкам наливку, чокнулись и дружно махнули за благополучный исход непростой ситуации, Ева посидела несколько минут с закрытыми глазами, прислушиваясь к тому, как внутри ее течет живительным очищающим огнем наливочка дедушки Олега. Она почувствовала, как державшее до сих пор все ее внутренности и нервы, словно сжатым кулаком, напряжение потихоньку начало отпускать.

– Еще одну, что называется, вдогонку? – спросил Павел, внимательно наблюдавший за выражением лица девушки.

– Нет, чуть позже, – открыла она глаза, – а то меня сразу развезет: на такой круто замешенный стресс и на голодный желудок лучше не надо.

– А мы, пожалуй, повторим с Константином Алексеевичем? – вопросительно приподняв бутылочку с содержимым ярко-клюквенного окраса, спросил у фээсбэшника Павел.

– Всенепременно, – кивнул тот, – уж больно хороша у вашего дедушки, Ева Валерьевна, всегда была настоечка: мягкая, кислая и в меру совсем сладкая, то, что называется, в самый раз, и чистая, как слеза. На пшенице натуральной настояна и в несколько перегонок прогнана: никакого похмелья и последствий никогда, – и усмехнулся: – А вот рецептом своим Олег Прохорович ни с кем из моих коллег так и не поделился, уж как они его упрашивали да умасливали: нет, и все.

– Семейный секрет, – напомнила Ева подполковнику факт, о котором, она ни на секунду не сомневалась, ему было отлично известно. – Дедушка его передал Алексею.

– Угу, – кивнул и хмыкнул саркастически Данич, – вот Алексею Валерьевичу в самый раз сейчас на своей службе наливочку по семейному рецепту мастырить. Я бы не отказался на это действие посмотреть.

– Ладно, что держать, – притормозил воспоминания-размышления подполковника Орловский: – Выпили.

Данич дельную инициативу поддержал, и мужчины чокнулись, прозвенев рюмочками друг о дружку, и опрокинули в себя наливочку.

Ну и приступили к ночному перекусу.

– Вот теперь рассказывайте, – потребовала Ева. – Причем я бы хотела попросить тебя, Пал Андреич, таки объяснить мне, что за два таинственных фактора, которых не учли диверсанты в своих злодейских замыслах, ты упоминал, когда прятал меня в шкаф.

– Все просто, Ева Валерьевна, – ответил с готовностью Павел.