Невест-то много, я одна

– Но почему этим черным вышиты на розовом фоне веселые поросята?!

– Ы-ы-ы-ы… – прорвалось из Лексинталя.

– Это хряки, – любезно пояснила я. – Эксклюзивная вещь. Выполнена на заказ по моим эскизам. Ручная вышивка шелковыми нитями по шелку. Вы присмотритесь, у хряков глазки даже есть. Это черный бисер.

– О-о-о-о… – застонал Лекс и сполз под стол, откуда понеслись совсем уж неприличные звуки.

Его сиятельство с каменным лицом рассматривал нежно-розовый шелковый платок, покрытый вышитыми черным кабанчиками. Я сделала заказ белошвейке и доплатила за срочность.

– Вам не нравится? – мило похлопала я ресничками.

– Нравится, – сдавленно ответил лорд Риккардо. – Но сейчас я знаете о чем думаю? Хватит ли места под столом, если я заберусь туда и буду там хохотать вместе со своим сыном.

Я даже бровью не повела. Заглянула под стол, приподняв скатерть.

– Стоит заняться воспитанием вашего поросенка, ваше сиятельство, – заявила маркизу. – Никуда не годится такое поведение. Но да, места там предостаточно, поместится еще много народу. Желаете, чтобы я, как очень личный ассистент, отправилась туда с вами и составила компанию?

Из-под скатерти взвыл мальчишка. Рассмеялся лорд Риккардо.

– Ох, Эрика. С вашим появлением в нашей с Лексом жизни творится сущий кавардак. Но это даже хорошо.

И самое смешное, что наутро оба потомка рода ди Кассано отправились каждый по своим делам с легкомысленными украшениями на шее. Лекс заколол свиной булавкой синий галстук. Маркизу пришлось подобрать костюм так, чтобы с ним гармонировал вызывающий розово-черный платок. Он его еще и повязал так, чтобы не повредить хряков и их глазки-бусинки.

Я только растерянно похлопала ресницами, но мужчины были невозмутимы. Всё же они явные потомки Касселя.

Когда я вечером наведалась в управление, чтобы проверить, не грозит ли скорая смерть кому-то из сотрудников, мне даже попытался задать вопрос секретарь маркиза. Мол, не в курсе ли я… Тут его взгляд остановился на золотой свинюшке, приколотой к моему платью.

– Ах вот оно что! – пробормотал Анри. – Пари?

– Нет, ну что вы.