Never Finished: Unshackle Your Mind and Win the War Within

Его присутствие подтолкнуло меня к подъему в быстром темпе, и хотя я уже давно не бегал по тропам, за эти годы я стал хорошим техничным бегуном по тропам. Мышечная память вернулась, что позволило мне атаковать спуск и пролететь его с другой стороны.

На семьдесят пятой миле наметился последний крупный подъем в гонке. Он называется Powerline, и на нем тоже есть несколько ложных вершин. У Ти Джея была пара треккинговых палок, и он постоянно предлагал их мне. Его раздражало, что люди с палками обходят нас на обратной стороне перевала Хоуп, а я все еще иду с палками на коленях.

""Давай, парень, просто попробуй проехать на жердочках милю или две"", - сказал он. ""Посмотрим, понравятся ли они тебе"".

""К черту это"", - огрызнулся я, когда мимо нас прошли еще два человека. ""В старые времена это было жульничеством"". К тому времени я уже был на взводе. Впервые за весь день накопленные мили и мой темп начали утомлять меня, и он это заметил.

""Говорю тебе, Гоггинс"". Я посмотрел на Ти Джея, который протягивал их, словно знал, что представляет оружие последней надежды ворчливому самураю, который все еще держится за старые порядки. Я выхватил их, раздраженный тем, что отказываюсь от старой жесткой этики ультра. Но, с другой стороны, спорт развивался, и это была возможность для меня развиваться вместе с ним. Как он и обещал, эти палки сняли с моих ног такую нагрузку, что они вдруг почувствовали себя свежими, и я устремился вверх по этой крутой горе.

Я двигался лучше и быстрее, чем за последние несколько часов. Я преодолевал опытных ультрабегунов, как множество слаломных флажков. Моя уверенность росла, а чувства обострялись по мере того, как я продвигался вперед. Я чувствовал себя настолько сильным и в потоке, что в моей памяти что-то всколыхнулось и всплыло на поверхность. Именно это делает такие соревнования, как Leadville, такими глубокими и поэтичными. 100-мильная гонка на высоте выжимает из вас все силы, и, поднимаясь по Powerline, я видел испуганного ребенка, который искал выходы, потому что был слеп к своим собственным возможностям.

***

Мое заикание проявилось в середине третьего класса, когда я учился во втором классе в Бразилии, штат Индиана. К пятому классу я не мог произнести и трех слов без заикания. Особенно плохо мне было рядом со взрослыми и незнакомыми людьми, и совсем плохо, когда приходилось выступать публично. Я никогда не забуду школьный спектакль.