Never Finished: Unshackle Your Mind and Win the War Within

Следующие несколько ночей боль была настолько сильной, что меня тошнило. Мне пришлось использовать стены как костыли, чтобы добраться до ванной с кровати. Я почти не мог нагружать колено, и я знал, что не должен был быть настолько расстроен после такой простой процедуры. Большинство людей могут ходить сразу же и возвращаются к работе в течение двух недель. В операционной должно было произойти что-то извращенное и неправильное, но доктор ничего не сказал. И я почувствовал кое-что еще. Я больше никогда не буду бегать.

Эволюция № 7

Сколько себя помню, я мечтал о месте за столом. Даже когда я был подростком-панком, я знал, что однажды я захочу сесть за этот мифический стол среди великих в своей области. Полагаю, это можно объяснить глубоким стремлением к респектабельности. Я отчаянно хотел быть кем-то, потому что чувствовал себя никем. Именно поэтому в столь юном возрасте меня потянуло в спецназ, а когда я понял, что проваливаю учебу, это стало причиной того, что я так хотел измениться. Я знал, что никогда не окажусь за этим столом, если не буду относиться к себе и своей жизни более серьезно.

И все же, как бы мне ни хотелось оказаться среди великих, тех, кто принимает решения, тех, кто помазан, я годами ждал официального приглашения.

Не знаю, сколько раз я представлял себе, как получаю тисненый золотой билет на ужин, о котором мечтал, где стейк и хвост омара будут подавать те, кто восхищался нами и хотел быть рядом с нами, но я ожидал, что сначала придется что-то доказать. Я полагал, что если впишусь в соответствующую организацию или структуру и буду постоянно соответствовать стандартам, то кто-то заметит меня - наставник или проводник - и подскажет, как добраться до места, где собираются все влиятельные игроки.

Я не стремился оказаться во главе стола. Я не бредил. Я просто хотел занять место.

Тем временем я стал одним из официантов, обслуживающих элиту. Вскоре за стол сели и некоторые мои сверстники, которые, по моему мнению, не обладали такой квалификацией, как я.

Я смирился с этим и обслуживал их, все еще надеясь, что однажды меня постучат по плечу и кто-нибудь выдвинет для меня стул. Я так хотел, чтобы начальство меня помазало и одобрило. Я хотел, чтобы мне сказали: ""Наконец-то ты пришел, Дэвид Гоггинс. Теперь ты признан одним из лучших"".

Беда в том, что такое официальное приглашение приходит редко, а для меня оно так и не пришло, но пока я ждал, я наблюдал за своими так называемыми начальниками с близкого расстояния.